Рыжее братство. Трилогия (СИ)

– Вздор! Тоже мне дедушка божий одуванчик нашелся! Любви вообще все возрасты покорны, а уж тебе и вовсе на старость стыдно ссылаться. Такой крепкий красивый мужчина для любой девицы истинное сокровище, ты обязательно найдешь любимую! – отчитала Сарота и окинула его нарочито оценивающим женским взглядом, каким пуляла, когда с незнакомым парнем хотелось закрутить побыстрому.

Ейбогу! Ротас покраснел, нет, не до корней волос, конечно, но дело дошло до вполне различимых розоватых мазков на загорелых скулах.

Видно, не думал не гадал, что магева к нему клинья подбивать вознамерится.

Не дав мужчине опамятоваться, продолжила уже вполне деловым тоном:

– Между прочим, коль о плате не уговорено с магевой заранее, она по своей воле ее назначает, слыхал?

– Слыхал, магева, – враз насторожившись, согласился тот, справедливо ожидая подвоха.

– Тогда вот тебе моя воля, – усмехнулась я, состроила преувеличенно коварную мину и вытащила из седельной сумки Дэлькора, следовавшего за мной по пятам, как пес, кошель с моей долей за сегодняшнее представление на площади Ланца.

Принц щедро заплатил чистым серебром за мои фокусы. – Бери деньги, набивай мешки травой и вали на Мориан.

– Ты хочешь, чтобы в уплату за услугу я взял твои деньги? – вытаращился на меня Сарот. Опытный воин, побывавший в немалом числе смертельно опасных переделок, растерялся как ребенок. Благо хоть спиной к своим людям стоял, а то такой вид мог бы изрядно подпортить страшную репутацию командира.

– Не просто взял и прогулял в кабаках, а использовал их исключительно на благотворительные цели: добрался до дома, передал рецепт лекарства и безвозмездно исцелил всех желающих морианцев.

Может быть, даже тут хватит деньжат, чтобы уговорить какогонибудь мага поехать с вами на острова в качестве «наглядного пособия», – наставительно объяснила я и почти насильно всунула деньги в руку ротаса. – Словом, хочу, чтобы все морианцы имели возможность выбирать: остаться им глухими к магии мира или вкусить ее силу.

Мне ничуть не было жаль монет, легко пришли – легко ушли, надо будет – еще найдутся. Я поступала так, как считала не только правильным, скорей, даже единственно возможным, и возражений принимать не собиралась. Не знаю уж, какими буквами это было написано на моей физиономии, а только Сарот с глубоким поклоном взял деньги, пылко пообещав: «Мы все сделаем по слову твоему, магева». Что еще более удивительно, мои спутники не сказали ни слова против.