Рыжее братство. Трилогия (СИ)

Не то чтобы командир выглядел явным злодеем, но людей своих держал крепко: шаг в сторону – считается побегом, прыжок – попыткой улететь. Впрочем, с наемниками иначе, наверное, нельзя, люди силы уважают только большую силу. В этом плане признание командиром моей магической власти оказалось весьма кстати, теперь он считал магеву созданием если не выше себя, то уж равной наверняка.

– Эй, ротас, лекарство я вам нашла. Есть желающие попробовать? На вкус, правда, сущая дрянь, но зато не отрава. Если твои парни хотят чуять и не побрезгуют нажраться этой мерзости, можете хоть сейчас пробовать!

– Не побрезгуют.

Опробуем, спасибо, магева, – приняв из моих рук первую порцию зелья и внимательно записав на корочку простенький рецепт, поблагодарил Сарот и осклабился так мило, что всем, особенно отряду морианцев, стало ясно: жевать травку придется каждому солдату, высказавшемуся за магическое прозрение, и начинать нужно будет прямо сейчас.

Седой командир ткнул горсть первому воину в конном строю и скомандовал:

– Жуй!

– А запитьто это можно будет? – жалобно обратился мужик, даже не пытаясь сопротивляться.

"

"– Водой, – разрешила я, – но только после того, как все хорошенько прожуешь. Не следует нарушать чистоты эксперимента.

Воин испустил глубокий скорбный вздох и решительно закинул в рот сено. Общество уставилось на его физиономию, приготовившись отслеживать малейшие изменения. Доброволец по неволе – крепкий мужик с обветренным лицом и старым шрамом, пометившим левую бровь, – методично задвигал челюстями.

Лицо его покраснело, даже белый шрам стал бордовым, на глаза навернулись крупные слезы, но герой не прекратил жевать. Я мысленно посочувствовала первой жертве, невольно припомнив единственный случай покупки пиццы у настоящего грузина. Пожилой торговец арендовал в продуктовом магазине маленький закуток и торговал разнообразными приправами в сушеном и свежем формате, кроме того, генацвале продавал пиццу собственного производства, свежую, щедро сдобренную зеленью, сыром и колбасой, источавшую умопомрачительный для голодной студентки аромат. Так вот, както я купила одну штуку. Было безумно вкусно, зато рот и желудок полыхали потом несколько часов так, будто там справляло банкет целое племя маленьких огнеедов. Ни молоко, ни вода, ни чай не могли унять пламени. Сейчас морианец, откушавший моих травок, выглядел так, будто в него засунули пять – семь наборов специй того самого грузина.