Сломленный рыцарь

Я буду похож на Двуликого[22], если окуну туда половину тела.

– Ты залезешь туда, – проинформировала она меня.

– Нет, я не…

Она сняла рубашку. Просто так. Всю целиком.

На ней нет бюстгальтера. Только маленькие трусики из хлопка. Ее соски пялятся на меня. Темные, крошечные, набухшие и черт возьми.

Дорогой Санта!

Я всегда знал, что ты существуешь. Спасибо тебе за то, что ты подарил мне то, что я так хотел, хоть ты и опоздал на три года и одну неделю.

Искренне твой,

Н.  Дж. К.Она нелепо подняла одну загорелую ногу над керамической ванной и вошла, но осталась стоять в ней. Я взял все, записал в памяти. У Луны настоящий пресс от серфинга и катания на велосипеде. Ее грудь маленькая, но налитая – она бы отлично смотрелась в моих ладонях. Тонкие руки. Гладкие. Она выглядит как фантазия. Как сладкая пытка.

Она протянула мне руку.

– Вместе, – прошептала она.

Какая хитрая, знала, что я буду купаться даже в лаве, если мне можно будет прикасаться к ней. Рыча, я стянул спортивные штаны, оставшись в одних трусах. (Я не хочу ее пугать. Я не шучу – но мой член настолько большой, что я называю его Найт Старший, а не Младший.)

Я зашел к ней. Она положила руки на мои плечи и слегка надавила, чтобы мы сели вместе, лицом друг к другу. Вода кипящая. Я затрясся в ней, постепенно оттаивая. Моя теория оказалась правильной – девушки хладнокровные. Я посмотрел вниз. Сквозь загорелую кожу заметны вены, как веревки. Все выглядит таким хрупким, бледным и неоконченным. Я такой же сексуальный, как ящерица.

(Да, она все еще почти голая.)

– У тебя губы фиолетовые.

Она взяла мочалку, окунула в воду и начала тереть мою грудь. Это незаконно, и я не могу не стонать.

(Кстати, она все еще почти голая.)"

"Горжусь собой, что все еще не кончил в трусы. Старший Найт, кажется, не получил уведомления о том, что все остальные части тела умирают, и решил затвердеть настолько, что готов был порвать ткань трусов.

– Ты принял что-то от простуды?

– Да. Два ибупрофена.

Она все еще почти голая. Я уже говорил об этом? Ее грудь. Ее милый животик. Ее бесконечные ноги. Все перед моим лицом. Восхитительно.

– Я сделаю тебе чай, – сказала она.

– Я ненавижу чай.

– Ты выпьешь его.

– Дай мне хоть одну причину.

– Я мило попрошу тебя.

Я одарил ее взглядом «мы вообще знакомы?» .

Она закатила глаза.

– Я позволю тебе коснуться моей груди.

– И соска тоже. Я не хочу никаких побочных действий. Это не считается.

– Ок! – Она вскинула руки в воздух, раздраженная, но улыбчивая.