Сломленный рыцарь

– Я шедевр, который работал всю свою жизнь, защищая твою задницу. – Я усмехнулся. – Открой.

Она закрыла шторы. Очевидно, жесткая любовь не является путем в сердце Луны. Век живи – век учись.

– Лунный свет. – Чтобы до конца быть придурком, я бросил окурок в искусственный пруд Спенсеров и снова ударил кулаком по стеклу. – Пожалуйста.

– Зачем? – раздался приглушенный голос из-за штор.

– Потому что я нужен тебе прямо сейчас.

Она издала визг, который должен был быть смехом.

– Хорошо. Потому что я нуждаюсь в тебе.

Она ничего не ответила. Интересно. Тот ли это угол, который я ищу? Я быстро разобрался.

– У меня грипп. И у меня нет футболки. Я живу у Спенсеров. Врачи приказали, потому что у моей мамы…

Она раздвинула шторы и открыла окно, делая шаг в сторону, чтобы впустить меня. Я скользнул в ее комнату, осматривая первым делом, изменилось ли что, как она. Я выдохнул с облегчением, когда понял, что все на своих местах. Даже наши фотографии. Это было первое, на что я обратил внимание.

– Господи, Найт, ты весь дрожишь. Почему ты без футболки?

Она отпустила свой гнев и, наконец, получила представление. Луна положила крошечную, теплую ладонь на мою грудь. Я задрожал. На моей коже полно мурашек, и я должен признать, что со стороны похож на труп.

– Посмотри на меня, – воскликнула она, беря руками мое лицо. – Найт, ты весь синий. На улице холодно.

Я попытался пошутить.

– Это южное побережье. Думаю, что все нормально.

– Я приготовлю тебе горячую ванну.

– Твой папа узнает, что я здесь.

– Да кого это волнует! – взорвалась она. – Снимай часы.

Я положил часы на тумбочку, когда Луна выбежала из комнаты, оставив меня стоять там и переваривать тот факт, что выходить без рубашки в январе, среди ночи, в пустыне, с серьезным гриппом и температурой было не самым лучшим решением в моей жизни. Она вернулась через десять минут с огромным полотенцем, перекинутым через плечо, и потащила меня по коридору.

– Мне не надо, чтобы ты обо мне заботилась, – прошептал я, шаркая пяткой по мраморному полу. Я пришел сюда заботиться о ней, во имя всего святого.

– А я не предлагаю, я настаиваю. – Она практически прошипела сквозь зубы.

Когда мы добрались до ванной, то она была уже наполнена горячей водой, от нее исходил пар, как от горячей чашки с чаем.

– Разве людям с температурой можно принимать горячую ванну?

– Она не такая уж и горячая.

Я бросил взгляд на ванну.

– Да я получу ожоги третьей степени из-за этого, – указал я, качая головой. – Не-а.