Напиши обо мне роман

Потому что увлеченно нес какую-то обычную мужскую пургу, единственной целью которой являлось только удержать меня рядом, зацепить и что-нибудь с этого получить.

А я рассматривала его с болезненным любопытством, подмечая, как безжалостно время обходится с фейри, которые надеются только на свое колдовство. От светлых волос осталась только проплешина на половину головы, от тонких черт — одутловатость, выдающая любовь к возлияниям, а от обворожительной улыбки — и вовсе ничего. Без двух передних зубов улыбка получается так себе.

Только глаза прежние.

— Извините, пожалуйста… — я остановила его болтовню взмахом руки. — Мне это неинтересно. Всего доброго.

Пока я тупила в магазине, минут десять выбирая между апельсиновым и яблочным соком, в голове что-то медленно, но неуклонно варилось. Варилось — и выварилось в какое-то очень спокойное понимание, что я должна отпустить всех своих чудовищ из лабиринта. Пришло время.

Главное чудовище оказалось найти очень легко.

Почти бестрепетно я приехала в знакомый офисный центр к началу рабочего дня и просто выцепила своего бывшего мужа из толпы, спешащей на работу.

Он всерьез удивился, увидев меня. Сначала скривился, потом нацепил на физиономию «холодную» улыбку и направился ко мне походкой хищника. Самое время было съежиться и проклясть очередную дурацкую идею — не хуже того бреда с церковью и образком для незнакомца! — от привычки к которым я, наверное, так никогда и не избавлюсь.

Но я его больше не боялась.

В этом лесу, милый мой, водятся звери пострашнее.

— Привет, — сказал он. — Чего хотела?

Учитывая, что я его даже не звала, он сам меня заметил и подошел — забавный вопрос. Ну, в этом весь он.

Я стояла молча, рассматривая с тем же любопытством, что и Волка недавно.

За время, что прошло с развода, я написала много книг.

Похудела. Растолстела. Похудела снова.

Сменила несколько телефонов.

Завела пять новых хобби.

И кучу новых друзей.

Влюбилась в другого до одури и разбитого сердца.

Но все еще не могла смириться с тем, что на том месте, где чудовище моей жизни когда-то приросло ко мне, навсегда останется даже не шрам, а вырванный кусок плоти.

— Ты меня все еще любишь? — спросил бывший муж, как всегда, попытавшись уничтожить любую оборону прямой атакой с воздуха.

— Конечно! — ответила я, улыбаясь. На любую воздушную атаку есть свое ПВО. — Любила, люблю и всегда буду любить.

Насладилась сменой выражений на его лице.