Напиши обо мне роман

Ноутбук привезла знакомая из театра, которая и собирала мои вещи, когда я так лихо залетела в клинику, не захватив даже зубную щетку. Заодно поделилась домашними пирожками и последними сплетнями от знакомых. И хотя я уже истосковалась по нормальным людям, я с трудом дождалась, пока она уйдет.

Без телефона у меня не было интернета, но он мне был не нужен. Вся история была у меня в голове, а факты проверю потом. Самое главное — я и мои эмоции, этого достаточно.

Монтень писал свои «Опыты» не только без интернета, но и без плана, и ничего, справился.

Помнится, меня в институте поразила его феерическая наглость — запереться и нафигачить монументальный труд, не выходя из дома. Я тоже так могу. Только в дурке.

Подобные сказки с несчастливым концом только в дурке и писать. Между завтраком, обедом, полдником, ужином и вечерним кефиром. Между Новым Годом и Рождеством. Между пронзительной болью в сердце и абсолютным блаженным спокойствием, которым наполняло меня это место по самое горло.

Я отказалась от всех записей к врачам, забила на массаж и йогу, перестала тратить время на лекции и музыку. Таблетки тоже бросила пить, благо в этом заведении их не заставляли принимать насильно.

Мне нужна была ясная голова. И вся моя рефлексия, чтобы не скатиться в рыдания и смакование всех моментов, где я повернула не туда.

Никто не будет читать? Ну и ладно! Буду в прекрасной компании творческих неудачников — Ван Гога и Эмили Дикинсон. Устроим где-нибудь там, в посмертии, безумное чаепитие с Господином Смертью.

Да, я очень скромная и точно знаю, где мое место в аду. На троне.

За неделю я написала почти половину книги. Оказывается, это легко, когда больше нечем заняться — спать, есть, писать и иногда гулять по заснеженным тропинкам, шугая толстых кошек.

В понедельник мне сообщили, что мой лечащий врач ушел в отпуск, и пришедшая ему на замену новая докторша желает со мной пообщаться.

Разговор был недлинным.

Она заново расспросила о том, что привело меня в клинику, покивала, что-то записывая в своем блокнотике и заявила:

— У вас ведь нет депрессии.

— Это же замечательно? — удивилась я скорбному выражению ее лица.

— И не было. Невозможно вылечиться за такой короткий срок.

— Да? — беспечно отозвалась я. — А что же тогда диагностировал дежурный врач, заведующая отделением, мой лечащий психиатр и еще психолог подтвердил? У вас там все записано.