Напиши обо мне роман

Я, в общем, на личную жизнь сроду не жаловалась и с восемнадцати лет не оставалась одна дольше, чем на пару дней — пока не решила начать писать романы. Но толп поклонников «для гордости» у меня не было никогда. И, если мы шли в бар с Анькой и ее сестрой, то все мужики клеились к ним двоим, умеющим вот так строить глазки, так закидывать ногу за ногу, так заправлять прядь волос за ухо.

Так, чтобы все окрестные носители Y-хромосомы нервно сглатывали и откашливались.

А я обычно сидела в сторонке и тихо пила свое пиво. Нет, мне и не надо было такого внимания — что мне могли предложить эти парни из бара? На мой взгляд, одноразовый секс не стоил всех рисков и неудобств, с ним связанных.

Заводить легкие знакомства — тоже не мой профиль. А вот Роман с Анькой уже успели сцепиться языками и обменяться главной социальной информацией друг о друге.

— Так, значит, Ань, ты эмигрировала в Израиль? А почему? — поинтересовался Роман, улыбаясь.

Официантка, которая принесла ему эспрессо и новый капучино мне и Аньке, приняла улыбку за свой счет и тоже расплылась.

Да что они все в нем находят!

— В России я была неудачницей, поэтому решила попробовать начать все с начала, — легко поделилась Анька. — Ну, и детей хотела много, а на родине на меня с тремя уже смотрели как на ненормальную!

— Ты с мужем уехала? — он сощурился.

— О, нет… Одна! Мужу пришлось отдать квартиру, чтобы он разрешил увезти детей.

Анька скривилась, а я вздохнула, вспоминая эти жуткие суды и ее мудака, который изгалялся, как мог, понимая, что держит ее за горло. Торговался до последней капли крови и в придачу к трешке чуть не выцыганил новую машину.

Я тогда молчала изо всех сил, стараясь не произнести фразу «я же говорила!», потому что Анька была единственной известной мне женщиной, которая выходила замуж, точно зная, что будущий муж — мудак.

У нее так протест против родителей выражался. И запоздалая сепарация. Что я могла ей сказать? В четырнадцать, во время своего протеста, я творила вещи похуже. Правда, от меня в те годы никто не зависел.

— И как, удалась новая жизнь? — полюбопытствовал Роман, все так же пристально глядя ей в глаза. — С детьми получилось?

— С детьми в процессе! — Анька засмеялась и качнула коляску с сыном. — Да и с остальным тоже. Но мне там определенно больше нравится. Люди там… другие. Более общительные. Добрые. Отзывчивые.

— А как у тебя с религией? Приняла иудаизм?

— Ой, я совсем не по этому делу! — отмахнулась Анька.