Конго Реквием

Его тачка слетела с дороги на маленьком острове на Кикладах, недалеко от Наксоса, в августе 2006-го. Тела были найдены и позже захоронены в Париже.

Одри откусила еще. Ее пальцы блестели от жира. Гаэль уже предвидела момент, когда капли потекут ей на рукав.

– Кто занимался склепом?

– Но в свидетельстве о смерти должно же быть имя матери, верно?

– Нет. Все произошло в Греции, и имени отца было достаточно. Он к тому моменту уже развелся.

– Ты запросила полицейский отчет о несчастном случае?

– Я говорила с офицером по связям с Грецией здесь, в Париже. Он этим занимается. У тебя попить не найдется? Пивка.

Гаэль встала и пошла за пивом, которое держала для Эрвана. Заодно прихватила несколько салфеток.

– Ты как будто не торопишься собрать сведения, – взмолилась она, раскладывая бумажные квадратики на журнальном столике.

Одри небрежно шмякнула на них свой бутерброд, потом вытерла пальцы, как механик во время перерыва.

– Ты французский язык понимаешь? В отсутствие причин для обвинения ничего больше сделать нельзя.

– Я подам жалобу на Каца за незаконную медицинскую практику.

– Я могу снова с ним увидеться и постараться получить образцы ДНК.

– Еще раз повторяю, маленькая моя: ты и впрямь фильмов насмотрелась.

– Но благодаря этим частицам, – не отступала Гаэль, – его можно будет опознать.

– При условии, что образцы содержатся в базе данных.

А я в этом сильно сомневаюсь.

– Этот человек сменил личность, есть же какая-то причина.

Одри встала, снова вытерев пальцы, прежде чем выключить компьютер.

– Я пошла. Постараюсь поспать.

– И все? На этом и остановимся?

– Завтра продолжу в том же духе. А ты пока никуда не выходишь и никому не звонишь.

При мысли провести еще один день в четырех стенах Гаэль почувствовала, что впадает в полную тоску.

– А если он обманул? – сымпровизировала она.

– И так понятно, что он все время обманывает.

– Я говорю об Усено. Если он вовсе не погиб в Греции от несчастного случая? Если он добыл свидетельство о смерти через какого-нибудь подпольного врача? Он мог привезти тела своих детей и свой пустой гроб.

Одри захохотала. Гаэль показалось, что ей дали пощечину.

– Послушай! – воскликнула она. – Он возвращается во Францию, меняет имя и снова открывает свой кабинет.

– Мы же видели его фотографии: физически Кац ничего общего не имеет с Усено.

– А пластическая хирургия?

– Ступай баиньки, – посоветовала Одри. – Я тебе завтра позвоню.