Последний реанорец. Том XI

Я хочу покамест осмотреться и кое-кого навестить…

— Как прикажете, господин, — в один голос отозвались оба и не забыв мне поклониться, на всей скорости умчались выполнять поручение в сторону остальных воителей, на ходу всем шепотом рассказывая кто я такой.

До полуночи оставалось недолго, менее часа, а празднество было в самом разгаре. Танцы, музыка, веселый гомон, фейерверки и надлежащая приятная суета. Встреча Нового Года вступала в свою ключевую фазу. Люди смешались с альвами. Царицынское отделение рода Лазаревых смешалось со столичным. Присутствовало даже молодое и среднее поколение аристократов и аристократок, включая самого цесаревича Романова сразу с двумя своими партнёршами.

Шоу и красочные представления оказались устроены по высшему разряду дворянства. Вот только сами княгини Лазаревы относились к происходящему с наигранной радостью. Даже в такой располагающей и счастливой обстановке. Однако видеть их истинное состояние могли не многие, а всего-навсего жалкие единицы из самых прозорливых. Троица женщин всегда пытались держаться особняком даже в шумной компании знати, лавируя между гостями, приглашенными и самыми доверенными лицами. Тогда как в это же самое время четвертая княгиня всегда находилась рядом с малышом в его детской комнате. Правило было сформировано негласно и спонтанно между женской половиной рода. Причем в праздничном зале, смешавшись с гостями, практически всюду за ними следовала неуловимая мужская тень их извечного телохранителя.

— Лира, Вика, — заговорила тихо Алина, отстраняясь от гостей и уводя в сторону женщин. — Я сменю Куню, если вы не против. Пусть отдохнет.

— Не стоит, Габриэль, останься здесь, — мягко перебила повелителя княгиня, неторопливо направляясь на второй этаж и переглядываясь с Хельгой, что была на противоположном конце зала. — Я справлюсь. Охраны в резиденции сейчас более чем достаточно.

Всю дорогу до своих покоев женщину терзали размышления и хаотичные мысли. Точнее одолевали и пугали они её на протяжении нескольких месяцев после откровения Ростислава. А далее случились все те жуткие события с участием Зеантара. Одно за другим. Второе за третьим. Всё наваливалось как снежный ком и оседало тяжким грузом на душе у женщины. Понимание того что их муж более никогда не вернется, было сродни яду. Яду, от которого не было противоядия.

Двери отворились беззвучно. Однако стоило княгине оказаться внутри и прошествовать в детскую, как она оказалась практически в кромешном мраке и тишине.