Разве я могу быть счастлив без тебя

Едва произнеся это, она тут же с изумлением поняла, что в этот ранний час, впервые за долгое время, проснулась чувствуя себя полностью отдохнувшей. И если бы Один не спросил ее об этом, она бы даже и не заметила. Так хорошо это ощущалось.

Но еще более удивительным было для нее, говорить об этом с ним. Будто между ними не существовало ненависти и мести. Но, она знала, что это вовсе не так. Вчера, он доказал это. В их отношениях никогда ничего не изменится.

— Не беспокойтесь, утром все будет как прежде. Я вернусь к работе, как и должна.

Один остановился, внезапно прекращая поглаживать ее ногу. Опустив руку на ее плечо, он резко развернул Еву к себе, и гневно вгляделся в ее лицо. Ева испуганно смотрела на него, не понимая, что такого сказала, чтобы так сильно разозлить его.

— Ты думаешь, меня беспокоит какая-то нелепая работа? — прорычал он, наваливаясь на нее.

Ева замерла под его массивным телом. Она не понимала, что он хочет услышать.

— Я никогда не думала убегать от работы, — осторожно прошептала она.

Один зарычал еще сильнее от ее слов.

— Мне не важно будешь ты работать или нет, Ева.

Ева покачала головой. В памяти всплыли его слова, что он сказал, в их первую встречу. Она не должна пользоваться своим положением. И она никогда этого не делала.

— Я помню, что вы говорили, — с тоской прошептала она. — Я помню все.

Теперь, наступила очередь Одина застыть от удивления.

— О чем ты? — осторожно спросил он.

— Боль. Вы причинили мне так много боли, — она понимала, что ступает по тонкому льду, но уже не могла остановиться.

 — Но так и не сказали в чем именно я виновна. — и это было правдой. Многое так и осталось для нее тайной.

Один застыл, еще сильнее прижимая ее к кровати. Он уже долгое время не позволял себе думать об этом. А теперь, она в один миг воскресила все неприятное, что было между ними.

— В том, что ты его дочь, — по привычке грубо ответил он, понимая, что увиливает от всей правды. Ему не нравился этот разговор, что они так не вовремя начали.

— Но, ведь родителей не выбирают, — отвернувшись от него, прошептала Ева.

— Теперь, это уже не важно, — Один запустил руку в ее волосы, и заставил посмотреть на себя, — Ты больше не принадлежишь ему. Только мне.

— Тогда почему вы все еще ненавидите меня? — прошептала Ева, чувствуя, как непрошенные слезы застилают глаза. — Я не хочу вашей ненависти.

— Тогда чего ты хочешь? — сурово спросил он.

— Я слишком долго прожила рядом с человеком, который ненавидел меня.