Разве я могу быть счастлив без тебя

Он и не ожидал, что желание может быть ещё сильней. Но, ее улыбка, что еще недавно воскрешала в нем ужасные болезненные воспоминания, сейчас добавила искру в пламя его страсти.

Не прерывая поцелуя, он откинулся на спину, и уложил Еву на себя. Двигая своими ногами, он подталкивал ее к тому, чтобы она раздвинула бедра. Лишь довившись желаемого, он оторвался от ее губ, и опустив руку ей на живот, заставил приподняться, так, чтобы она оказалась сидящей на нем.

Ева тяжело дышала. Она мелко дрожала, не в силах совладать со своими желаниями.

Она до безумия хотела ощутить его в себе, почувствовать его силу, наполниться ею.

— Я, — она положила ладони ему на грудь, и нетерпеливо заерзала. Почему же он медлит?

Одину нравился этот блеск в ее глазах. Смущение, но и страсть, не меньшей силы, что у него самого. Он только он мог это утолить. От этой мысли, что-то древнее, собственническое поднялось в нем. Схватив Еву за волосы, он притянул ее к себе, и грубо поцеловал, поглощая низкие стоны, которые она издавала, отвечая ему.

Ева слепо подняла руки и уперлась в бортик бадьи, приподнимая бедра в поисках того, в чем так сильно нуждалась. Но, твердые губы, сминающие ее собственные, грубым поцелуем, отвлекали, мешая сосредоточиться. Встречая и повторяя каждое движение его языка, она еще шире раздвинула бедра, надеясь что Один поможет.

Один опустил руку, проводя ею по гладкой коже ее ног. Бедра, спина, ничего не ускользнуло от его пытливых пальцев. Скользнув ей между бедер, он довольно зарычал, чувствуя возбуждение Евы.

Одним пальцем, он проникнул внутрь ее тела, застонав от того, что наконец прикоснулся к ее жару. Сейчас он даже помыслить не мог, как у него получилось так долго держаться вдали от нее.

— Смотри на меня. Смотри на того, кому принадлежишь. Никто больше посмеет коснуться тебя. Только я.

Вскрикнув от услышанного, Ева распахнула глаза, не смело встречая его взгляд. Как бы она хотела, чтобы это было на самом деле. Защита.

Любовь. Ей было нужно совсем немного. Только лишь чувствовать себя нужной и желанной. Для него. Для этого безжалостного мужчины. Ни для кого-то другого, а именно для него.

Но она знала, что единственное на что может надеяться, была только его страсть. Но и пусть. Если ей положено только это, она воспользуется предложенным настолько долго, насколько будет дозволено.

— Пожалуйста, — она выгнулась всем телом, чувствуя абсолютно каждое прикосновение.