Хозяйка графских развалин

По знаку господыни помощница отодвигает полог, и слуги заносят стопки подушек, из которых принимаются строить два гнезда.

Любопытно, что господыня не торопится отбирать слезу, хотя взгляд от сокровища почти не отрывает."

"Пожалуй, демоница вызывает у меня гораздо больше доверия, чем шаманка. Я понимаю, что впечатление может быть обманчивым и ошибочным, но… пока что интуиция меня не подводила. Я бросаю взгляд в направлении, в котором скрылась шаманка. Возможно, она никуда не ушла, а стоит и слушает. Или даже наблюдает за мной в щёлку между чуть раздвинутыми пологами.

Нет уж, беседа при свидетелях меня не привлекает…

— Господыня Имили Оти, со мной пришли девочки, сётры графа, и служанка. Я прошу, распорядитесь, чтобы о них позаботились.

— Не стоит упоминания, — отмахивается господыня, но выражение её лица быстро меняется, она уточняет. — Сестра сопровождает сестру. И… служанка?

— Да, господыня. Мне следовало остановить Мими, но она не пожелала оставлять Гэбби одну, а я слишком беспокоилась за Гэбби и не приняла меры вовремя.

Взгляд господыни становится острым.

Я невзначай поворачиваюсь и киваю, указыва направление. Господыня прикрывает веки.

— Леди, — задумчиво обращается она ко мне, — чтобы у вас не было причин беспокоиться, давайте навестим сестёр вместе и послушаем мнение целителей.

— Благодарю.

Слуги бросаются собирать подушки обратно.

Господыня приглашает меня в соседнюю комнату, у боковой стены которой установлено зеркало.

— Складывается впечатление, что ваш мир, господыня Оти, это лабиринт из камня, ткани и магических переходов.

— Наш мир прекрасен, — отрезает она.

На её ладони появляется печать-татушка, но если у меня два цветка, то у неё их три: тоже синий и алый, а третий — белый с лёгким перламутровым блеском.

Коснувшись зеркала, господыня открывает переход, и когда зеркальная гладь идёт рябью и отражение интерьера сменяется видом на следующий зал, мне кажется, что в исчезнувшем отражении мелькнула и пропала шаманка.

Глава 27

Облицованный каменными плитами зал встречает нас пустотой и прохладой. Шаги господыни гулко отдаются от серовато-бежеватых стен в узоре золотистых прожилок. Господыня оглядывается на зеркало и с прищуром наблюдает, как переход закрывается. Комната, затянутая тканью исчезает в волне ряби и сменяется отражением.

Я почти уверена, что в зеркале вновь мелькнёт шаманка, но нет, я её не вижу.

А можно ли с помощью магии стать невидимой?

— Кто она? — жёстко спрашивает господыня.

— Кухарка, — пожимаю я плечами.