Истории от разных полушарий мозга. Жизнь в нейронауке

Одна – репродуктивное клонирование человека, а вторая – трансплантация ядра для получения стволовых клеток. Допустим, нам предъявили две созданные в лаборатории клонированные бластоцисты X и Y. Нам не сказали, которая из них X, а которая Y, но сказали, что Х – это продукт первого процесса, а Y – второго, и попросили нас рассмотреть эти бластоцисты и определить, где Х, а где Y. На основании чего мы могли бы сделать выбор?[213]

Эта перепалка заставила меня задуматься о противоречиях, а на самом деле о глубоком недопонимании, между двумя учеными. Если биологический объект – бластоцисту, полученную любым из двух способов, – имплантировать в матку, он имел бы шанс развиться в человеческий организм. Обе бластоцисты могли бы дать стволовые клетки для биомедицинских исследований. Все очевидно."

"Вместе с тем Ирв смотрел на это совсем иначе, поскольку человек, который осуществляет репродуктивное клонирование или же терапевтическое, преследует совершенно разные цели. Парадокс в том, что редукционист Ирв считал, что бластоциста – это просто кучка молекул, ни в каком серьезном смысле не обладающая свойствами, присущими живому мыслящему человеку. Любой спелый помидор хорошего сорта можно размять и пустить на соус для пиццы или красиво порезать в салат. То, что с ним происходит, – дело рук и фантазии повара. Точно так же в намерения ученого не входит создать целый организм – проще говоря, дитя. Он хочет вырастить спасительные клетки, которые помогли бы больному человеку. Когда писался тот отчет, никто не помышлял о клонировании для сотворения детей. Как правило, ученые считали это опасным предприятием, чреватым разными угрозами. А кто-то был убежден, что жизнь дарует лишь Господь и в этот процесс вмешиваться нельзя.

Очевидно, что большинство ученых и в совете, и во всем мире рассматривали бластоцисту только как клеточное образование, и нравственный вопрос сводился к тому, что надлежит с этим клеточным образованием делать. Гил же считал, что это не просто скопление клеток – это уже человек. Я понял, что надо разбираться на фундаментальном, а не на каком-то специфическом уровне, когда начинается человеческая жизнь. Какой моральный статус следует приписать бластоцисте? И вообще, что значит быть человеком?

Пока страсти кипели, перед советом продолжали выступать разные эксперты. Запомнился, в частности, один гинеколог из Университета Юты. Цифры, которые он привел, многих из нас поразили.