Себя преодолеть

Видел бы ты, как он выбросил из номера женщину. Использовал и, чтобы не платить, нагишом за дверь. Насмеялся вволю — выкинул и тряпки.

Напоследок я здорово утер ему нос. Тогда мне крепко не везло. Сейчас понимаю, в чем дело. Акулий желудок наступал на горло. Результаты сошлись вплотную. Я и влез в тренировки. Как проклятый, таскал «железо» и перехватил. «Рвался», точно я из бумаги. То связка лопнет, то колено. Результаты падают. Ну, думаю, значит предел, нет больше в запасе сил. Получилось, как у бедняги Ренсена со мной.

Только теперь я попал в его шкуру. С месяц проболел. Тренировки забросил. Отдых поневоле. Поправился. И чудо дивное! Пошла сила, да какая! Будто помолодел лет на десять.

Акулий желудок со своей компанией решил, что мне крышка. Прибыл на соревнования — король королем. Хамит со всеми. И не говорит, а гундосит пренебрежительно. Все вокруг вертятся. Как же, новый хозяин, занимай местечко.

За день до нашей встречи подошел ко мне. Сел. В парке это было.

«Ну, кто завтра победит?»

Я пожал плечами и молчу.

«Ты, наверное». — А сам смеется нахально.

Я снова молчу. Умышленно злит, чтобы выбить из равновесия. Знал, негодяй, что с нервишками у меня нелады, не то что в молодости. Все же промахнулся он. Я издевался над ним. Он и знать не знал как. Слушаю его, а сам мышцами под рубахой играю. Сила кипит. «Пой, ласточка, пой», — думаю.

«Посмотрим завтра, посмотрим!..» — И пошел мне свои планы выкладывать. Цифры внушительные, даже страшные называет. Только пуганый я. А он разливается.

Увлекся, и вроде нет меня, и я не противник ему, а так, живой труп.

Тошнит от него. Дышит натужно. Живот что студень. Ноги вытянул бесцеремонно, всю дорожку загородил. Прохожие обходят, а он нагло оглядывает их и не пошевелится. Я от его ступней глаз не отведу. Не видал, чтобы ступни жиром заплывали. Гадливость овладела.

А потом ненависть. Она и помогла вырвать победу. Работал я собранно, четко. Ни капли пота. Вспомнить приятно.

Надзиратель стряхнул странное оцепенение и снова уткнулся в журнал.

«Король, как тебя забыть! Тебя помнят бесконечные толпы. А ты помнишь пот? Это соленое вино победы и поражения. Пот каплями срывается...»

— Пот — ерунда, Шапиро. Помылся и поминай, как звали. Вот понос неделями! И волосы однажды с шеи и до середины затылка в пять дней выпали...

Валяй, — распалялся надзиратель. — Валяй свою сказку про белого бычка. Работа не пыльная — стучи на машинке.

«Какое глубокое счастье — победа. Все в мире прекрасно.