Извращенная Преданность

Возможно, гены моей матери всегда будут мешать мне жить нормальной жизнью.

Мой взгляд вернулся к ее жилистой фигуре, снова склонившейся над столом. Она больше не смотрела на меня, вместо этого она снимала больше красного лака с ногтей. Руки у нее дрожали. Ей нужен был укол. Она подняла глаза.

— У тебя нет для меня денег перед отъездом?

Нет. Это не мое будущее.

— Прости, мам.

Она кивнула.

— Все в порядке. Просто иди и будь счастлива.

Будь счастлива.

Я ничего не сказала. Я быстро приняла душ, чувствуя глубокую усталость, которая не имела ничего общего с бессонными ночами.

Я бы оставила Лас-Вегас позади. Я оставлю Фабиано и все, что он символизировал: кровь, тьму и грех.

Я наклонилась в дверях кухни.

— Я ухожу, — сказала я матери.

Она подняла глаза.

— И ты не вернешься?

— Не могу.

И она кивнула, словно понимала, и, возможно, она сделала. В конце концов, мы переезжали после каждого ее расставания и никогда не возвращались.

— Мне пора, — сказала я.

Я подошла к ней и поцеловала в щеку.

От нее пахло дымом и алкоголем. Я не была уверена, увижу ли ее снова.

Через полчаса я прибыла на Арену Роджера. Я направилась прямо к Шерил, которая, как обычно, пришла пораньше. Роман с Роджером занимал ее почти до самого утра. Иногда мне казалось, что она живет в баре. Как только она заметила меня, на ее лице отразилось облегчение, она бросилась ко мне, схватила за руку и потащила к кабинке.

— Ты в порядке, Чик? — обеспокоено спросила она. — я была поражена ее реакцией. Она отстранилась.

— Слышала, что случилось с твоим отцом.

Я напряглась. Я сомневалась, что она слышала, что произошло на самом деле.

— Это был Фабиано, не так ли?

Я отвернулась.

— Я говорила тебе, Чик, что он опасен. Но не вини себя за то, что случилось с твоим отцом. Он долго ждал этого. Чудо, что он продержался так долго со всеми ставками и азартными играми.

— Ты можешь дать мне немного денег?

Она прищурилась.

— Что случилось с деньгами, которые ты заработала? Твой никчемный ублюдок отец потратил их на ставки?

Она перекрестилась, как будто это могло помочь ей лучше оскорбить мертвеца.

— Пожалуйста, Шерил.

Я не сказала ей, что верну деньги, потому что не думала, что смогу. Я никогда не вернусь в Лас-Вегас, и если я пошлю ей деньги, риск оставался, что Фабиано отследит их до меня.

— Ты хочешь бежать, да?

Я кивнула.

— Я должна.

Она сжала губы.

— Ему это не понравится.

— Это моя жизнь. Мой выбор.

Шерил коснулась моей щеки почти материнским жестом.