Князь поневоле. Большая война

Правда, вот попытки дать потомство ничем положительным не заканчивались. Уж не знаю, в ком была проблема, но я до сих пор оставался бездетным и в этой реальности.

— Тогда предлагаю нам сегодня отметить удачный парад в ближайшем неплохом кабаке. — Генерал хлопнул меня по плечу. — Вы как на это смотрите, Игорь Олегович?

— Варшава в качестве питейных заведений сильно уступает столице, но выбора нам не остаётся. Только сердечно вас убеждаю — сильно на алкоголь не налегать. Сегодня — завтра наступит война, а пьяные офицеры есть ничто иное, как преступление перед простыми бойцами.

На одной из оживлённых улиц Варшавы, где фонари уже зажигались газовым светом, выделялся своей массивной дубовой дверью ресторан «У Яна Собеского». Войдя внутрь, мы попали в просторный зал с высокими потолками, украшенными лепниной, украшениями на стенах с польскими национальными мотивами и массивными хрустальными люстрами, чьё мерцание отражалось в полированных стенах.

За столиками с прекрасными белоснежными скатертями сидели офицеры в мундирах и местные магнаты в строгих деловых костюмах в сопровождении дам — их присутствие здесь не вызывало никаких предрассудков. За последнее время здесь успело прибыть много русских лиц — офицеры, солдаты и торговцы приехали в этот край, понимая приближение войны. Одни готовились сражаться, другие предвещали большую прибыль от этой самой войны.

В воздухе витал аромат жареной дичи, дорогого табака и тонкого коньяка. У стойки, обитой бархатом и золотыми нитями, местный владелец в безупречном фраке наливал в бокалы красное вино, а официанты в белых перчатках ловко приносили серебряные подносы с только что приготовленной едой.

В дальнем углу, за тяжёлыми портьерами, располагался бильярдный стол, где молодые поручики с азартом делали ставки, а у камина, украшенного бронзовыми львами, седой полковник с наслаждением потягивал арманьяк, обсуждая последние новости из Вены.

Мы едва успели усесться, как к нам сразу подоспел официант. В его глазах читалось неприкрытое презрение. Глупо было ожидать, что в этом краю с большим удовольствием будут принимать русскую власть. Всё же, сначала с Польшей, а затем и с объединённой Речью Посполитой конфликтов было почти столько же, сколько с Турцией, а если учитывать ещё и восстания, которые поляки устраивали с удивительной регулярностью, то и вовсе больше.

— Что пожелаете, господа? — улыбнулся официант, вытаскивая из нагрудного кармана рубашки небольшой перекидной блокнот и заточенный карандаш.