За нейтральной полосой

Однако, чтобы на возражения ответить и отстоять свое мнение, Циремпилу приходилось много говорить, приводить примеры и тут же отвечать на попутные наводящие, теперь уже настоящие вопросы типа: «Вы-то какое, простите, имеете к этому отношение?», или «Но это же, мне кажется, совсем не сфера ваших интересов...», или «Он что, был, должно быть, вашим хорошим знакомым?». В итоге Дашинимаев почти всю свою жизнь рассказал, сам того не желая, и даже в таких подробностях, которые выспросить в состоянии только настоящий психолог-профессионал.

А между темами следовали и другие вопросы. Почти прямые. Относительно работы, места жительства, близких знакомых, отношений с женой и с сыном. Но все мягко, без настойчивости и, самое главное, вразброс, так что не создавалась картина целостности спрашиваемого. Это был разговор по душам, а вовсе не допрос, потому что сам господин Кито тоже рассказывал о себе и о своей семье. Даже много поведал о японских традициях. Интересный собеседник, одним словом...

А потом, после завтрака, когда Циремпил, как обычно, дожидался прихода хозяина дома и, одновременно, хозяина положения, он никого не дождался. Это как-то не взволновало. Мало ли какие дела есть у господина Кито. Он и так все время проводит вместе с принудительным гостем. Циремпил зовет Рауля, человека, приставленного к нему хозяином. Рауль не так хорошо, как господин Кито, но все же владеет русским языком. И просит принести ему бумагу и карандаш, желательно угольный. Рауль возвращается только через час. Циремпил в окно видел, как он шел к гаражу. Не поленился, съездил в магазин художественных принадлежностей и привез папку прекрасной бумаги для эскизов, но вместо обычного угольного карандаша, желая угодить, привозит пастель, с которой Циремпил никогда не работает. Пастель любит полутона и плавные переходы, а у него собственная особенность стиля – преимущество жестко выраженной линии контура. Это пристрастие видно на работах маслом и даже акварелью. А прописать четкий акцентированный контур пастелью сложно, невозможно практически, потому что весь акцент теряется от расплывчатости линий.

Тем не менее уже появилась возможность себя занять до того времени, думает Циремпил, как освободится господин Кито. И потом, когда тот снова будет занят.

После обеда Циремпил интересуется у слуги, вкатывающего в его комнату сервировочный столик, чтобы увезти грязную посуду, когда придет господин Кито.

– Рауль...