Пленник ее сердца

И вы должны мне это позволить.

– Ладно, но не этим вечером. Сегодня я буду вас оберегать и не дам упасть. – Он наклонился и шепнул ей на ухо: – Я вижу, вы расстроены, Полина?

Сердце ее сделало кульбит. Уже одно то, что он издали заметил ее состояние и не счел за труд немедленно прийти на выручку, согревало душу. Ей было безразлично, что говорят о его прошлом или репутации, – она знала, что он хороший.

Полина крепче стиснула его плечо, опасаясь упасть.

– Не волнуйтесь, просто слушайтесь меня: я поведу.

Через пару минут они оказались на другой стороне павильона, как раз напротив беседки, облюбованной компанией его друзей. Но вместо того чтобы присоединиться к ним, Гриффин вывел ее на тускло освещенную тропинку, а как только они остались наедине, развернул к себе лицом.

– Что произошло? Дел сказал вам какую-то гадость? Я его убью и не поморщусь.

– Прошу вас, не надо, – вымученно улыбнувшись, попросила Полина.

Даже если Делакур и оскорбил ее, она надеялась, что не специально, просто старается для друга, и не хотела стать между ними яблоком раздора.

– Вас кто-то другой оскорбил? Вы заболели?

– Нет. Ничего подобного.

– Тогда вы соскучились по дому.

– Да, я скучаю. – И это не было ложью. – Здесь все такое волшебное, и я все время думаю о том, что Даниэле здесь тоже понравилось бы. И эта мысль…

– Тащит за собой другие, – закончил за нее Гриффин и привлек к себе.

– Это пройдет. Давайте прогуляемся.

Полина взяла его под руку, и они побрели прочь от оркестра и нарядной толпы в полусумрак зарослей. И вновь она задалась вопросом, как ему удается читать ее мысли, а потом сказала:

– Могу я вас кое о чем спросить?

– Только если это никак не связано с бурным сплавлением.

– Нет, не об этом. Я о сестре. Вы были с ней так добры. Нет, я не это хотела сказать. Вы повели себя с ней так, словно заранее знали, как нужно. У вас в семье нет таких, как Даниэла?

– Нет, потому что у меня нет ни братьев, ни сестер. Больше нет.

Выходит, ему знакомо чувство потери близкого человека. Она сочувственно пожала его руку.

– Грифф, простите. Я не знала.

– Все обстоит не совсем так, как вы думаете. Я хочу сказать, все так и в то же время не так. Моя мать родила четверых детей, но я был единственным, кто прожил больше недели. У меня нет никаких ясных воспоминаний о моих братьях и сестре. – Он приподнял ветку, преграждавшую Полине путь, и она, нагнувшись, прошла под ней как под аркой. – Даниэла мне показалась очень милой. Вам повезло, что она у вас есть.