Отрок. Перелом

Однако одни строки одобрены официально, а вторые – запретный плод, следовательно, намного привлекательнее. А говорится в них о том, что в случае чего, с тебя, еще с живого, стащат обувь и бросят умирать на снегу. Каково это читать призывнику? Самое же интересное, что наиболее широкое хождение «самиздатовские» произведения получали именно в среде той самой «элиты». Вольно или невольно, она создала моду на «запрещенную литературу» и тем способствовала ее распространению и популярности.

Вот вам четвертый индикатор: профессионально исполненная антиармейская пропаганда в виде запретного плода, который, как известно, сладок.

А теперь давайте подведем итог первого десятилетия процесса развития в массовом сознании негативного отношения к армии и военным.

1. Нарастание напряжения в отношениях между управляющей подсистемой и «молчаливым большинством», прошедшим через настоящую воинскую службу.

2. «Элита» и народ, прошедший через войну, через настоящую воинскую службу, становятся чужими друг другу.

3. «Элита» топчет армию и рушит ее авторитет в глазах народа.

4. Профессионально исполненная антиармейская пропаганда приобретает все большую популярность в широких слоях населения.

А на дворе только 1950-е, никому и в голову не может прийти, что случится в конце века!

Середина 1960-х. Хрущева сняли, пышно отметили 20-летие Победы, во главе страны встал фронтовик, один из самых молодых генералов Великой Отечественной. Казалось бы… Ан, нет. Номенклатура прекрасно умеет, подобно адмиралу Нельсону, поднимать сигнал «Ясно вижу», приставляя при этом подзорную трубу к выбитому глазу.

Да, прозвучала песня «Фронтовики, наденьте ордена» и множество других песен. Снимались фильмы, ставились спектакли, издавались книги, строились мемориалы, проводились торжественные мероприятия различного калибра, тратились бюджетные миллионы… Казалось бы, все было, но… не было ничего!

Да и внешние признаки, что называется, «били в ту же калитку». Приведу лишь два примера.

А чего вы хотели? Мы же не воевали в Корее, во Вьетнаме, в Египте, в Анголе… Даже на Даманском и в Казахстане мы драли китайцев как-то застенчиво и чуть ли не тайком, только что не приговаривая: «Извините, я больше не буду».

И второй пример – опять из личного опыта. Внешний вид. Ей-богу, от тех времен у меня сохранилось впечатление, что солдат срочной службы специально обряжали в маскарадные костюмы идиотов.