Отрок. Перелом

Сперва в воротах показались Тяпа с Дубцом, нагруженные парой сенников и охапкой тулупов. Ерема вышагивал рядом с огромной подушкой в руках. Следом за ними, не внимая никаким увещеваниям новика, тянулась стайка баб и девок. Вездесущая и не в меру любопытная Верка, жена дядьки Макара, успела подсуетиться и на всякий случай прихватила с собой лоскутное одеяло, чтобы принять участие в непонятной пока, но обещавшей нечто необычное забаве.

– О, молодец, Ерема! – радостно встретил их Лука. – Давай сюда!

– Я гляжу, ты и баб прихватил? Тоже правильно, хвалю… – кивнул Рябой и обернулся к отрокам. – Ну, чего стоим? Видите, на пригорке снег сошел? Лапнику накидайте. Быстро!

Скоро на слое елового лапника улеглись оба сенника и подушка, а поверх них добавили пару тулупчиков.

Верка, с тихим восторгом наблюдавшая за происходящим, сунулась было предложить парням и свое одеяло, но, взглянув на Луку, почему-то передумала: хорошо понимала, когда и где встрять можно, а где лучше в сторонке постоять. Да и остальные, кто поумнее, глядя на Верку, призадумались, только легкомысленные по молодости девки глазели на невиданное зрелище, приоткрыв рты.

– Ну и чего ждем, отрок честной? Располагайся. Я ж говорил, что мы не звери, мы со всем пониманием, – Лука ласково поманил к обустроенной на пригорке роскошной постели потерявшегося и чуть не плачущего от такого внимания Захара. – Сапоги только скинь, чтоб не попачкать тулупчики, да и ногам легче. А от холода ноги-то как раз под тулупчик спрячь…

– Дядька Лука! – Захарку уже трясло. – Дядька Лука!

– Сапоги, говорю, скидывай, а то вон девок попрошу… – почти шепотом добавил десятник, – им в удовольствие…

И будто по заказу со стороны девок послышалось хихиканье.

– А вам что тут понадобилось? Пошли отсюда! – на этот раз кровь к лицу десятника прилила мгновенно, и настроившиеся поразвлечься девки только тут сообразили, что шутки кончились и лучше бы им исчезнуть. Желательно бегом. Спорить с рыжим десятником во всем Ратном дур не водилось, тем более что потом и отцам жаловаться бессмысленно – только добавят еще, пожалуй. Вот они и порскнули следом за предусмотрительно скрывшимися в воротах бабами.

Захара между тем уложили на сенники и заботливо прикрыли тулупчиками. Остальные отроки, тоскливо переминаясь, ждали неизбежного продолжения, и хоть своей вины во всем этом безобразии не чувствовали, ни на что приятное не надеялись.