Осень патриарха. Советская держава в 1945–1953 годах

Существует мнение, что в этот период в самом Вашингтоне возобладала точка зрения, что Москва не готова к чрезмерно решительным действиям на германском направлении. В начале июня 1948 г., буквально за две недели до начала полномасштабной блокады Западного Берлина, директор Центральной разведки и первый директор ЦРУ США Роскоу Хилленкветтер сообщил Президенту Гарри Трумэну, что Кремль, вероятнее всего, решил отложить любые контрдействия в Берлине или ином месте Германии «до тех пор, пока он не будет окончательно убеждён, что создание Западной Германии станет угрожающим фактором для советской внешней политики».

Поэтому жёсткая и твёрдая позиция западных держав по берлинскому вопросу сама по себе является сдерживающим фактором при любых провокационных действиях Москвы. И эта точка зрения нашла понимание у президента США, который был убеждён в том, что любые советские уступки или колебания являются прямым следствием твёрдости США.

Неопределённость позиции и наличие многочисленных противоречивых мнений по берлинской проблеме привели к тому, что Вашингтон так и не успел разработать чёткий план собственных действий на случай чрезвычайной обстановки вокруг Берлина.

Поэтому временное приостановление всех грузовых и пассажирских перевозок, введённое советскими властями 24 июня 1948 г. и означавшее де-факто начало полномасштабной блокады Западного Берлина, вновь застало США врасплох, хотя ещё за две недели до блокады советская военная администрация под предлогом ремонта закрыла автомобильный мост через Эльбу.

Тем временем в самом Вашингтоне вновь развернулась острая дискуссия в отношении путей выхода из кризиса. Ряд политических и военных деятелей, в частности министр армии К. Роял и глава президентского аппарата адмирал У. Дихи, считали, что «американская военная позиция в Берлине безнадёжна вследствие явной недостаточности необходимой силы» и поэтому «было бы предпочтительнее для будущего США уйти из Берлина». Однако их оппоненты, прежде всего генерал Л. Клей и его политический советник Р.

Мэрфи, напротив, активно настаивали на жёстком противостоянии Москве, вплоть до применения военной силы, не останавливаясь даже перед угрозой развязывания новой мировой войны.

Естественно, вокруг этого предприятия на Западе была организована громкая пропагандистская кампания: Берлин изображался «форпостом всего свободного Запада», который нужно было отстоять любой ценой. Причём в качестве средства сдерживания Москвы уже в середине июля 1948 г.