Пари на развод (СИ)

Я понимаю, что злость, кипящая внутри и требующая выхода, вызвана не только наглым поведением этой конкретной пигалицы, но и всеми скопом навалившимися проблемами, а заодно накопившейся усталостью и нервным перенапряжением последней недели.

Понимаю… где-то задним умом… и отметаю, как маловажное.

Моего ребенка обижают – вот в чем содержится первопричина злости.

А следствие – не желание и дальше оставаться милой, хорошей, тихой и всепонимающей Олесей.

Не хочу быть удобной.

И не буду.

– За своим языком без костей следите, – делаю шаг вперед, ближе к сыну, чем заставляю истеричку немного отступить.

А потом еще немного, когда давлю немигающим взглядом.

Знаю, даже при большом желании и неуемном воображении в нем ничего невозможно прочесть. И вот это чаще всего раздражает и пугает оппонентов намного сильнее прямых гроз.

Стоящую передо мной блондинку тоже нервирует."

"Вижу, как она напрягается. Прищуривает глаза, поджимает губы. Осматривает меня с головы до ног и обратно. Так, будто противную букашку под башмаками изучает.

– Что? – выдает спесиво. – Это вы мне?

Ох, зря.

Я ж тоже высокомерие излучать умею. Школу выносливости закончила с красным дипломом, спасибо родственничкам.

– Вам, девушка. Вам, – киваю. – Совет на будущее. Никогда не стоит бездумно раскидываться пустыми обещаниями… потому что позже за них всегда приходится отвечать, – произношу так же тихо, как и первую фразу. – От сына моего вам что надо?

Гляжу на выскочку прямо.

К слову, если быть объективной, передо мной стоит красивая женщина. Особенно по мужским меркам. Аккуратное лицо сердечком, выразительные глаза, пухлые губы, блестящие волнистые волосы, а-ля, я только распрощалась со стилистом-парикмахером, и женственная фигура. Она кажется нежной и милой. К ней легко можно проникнуться симпатией… пока она не раскрывает рот и не демонстрирует склочный характер.

– Так это ва-а-аш? – блондинка неприятно растягивает последнюю гласную и куксится, будто лимон на язык положила.

– Мой. Дорогой. Любимый. И неприкосновенный, – выдаю, чеканя каждое слово.

Авось до нее дойдет, как была неправа пару минут назад, протягивая когтистые культяпки куда не следует.

Не доходит.

Губы поджимаются, напоминая куриную гузку.

– А вы в курсе, что ваш дорогой… – последнее слово бессмертная выхухоль выплевывает, тыкая пальцем в сторону Алешки, – меня толкнул?

Никак не комментирую и ничем не выдаю своего отношения к услышанному. Слишком мало вводных, чтобы делать выводы.