Академия чаросвет. Отражение

Найрин кивнула. Она нащупывала свою дорогу, и неясная тропинка легла ей под ноги. Вряд ли этот путь будет легким, но она не боится трудностей. У нее на плече остались шрамы от когтей жуткой твари, но она выжила. Выживет и сейчас.

Их доставили сюда через яркий портал, и Найрин почти ослепла в первые пару минут, но успела разглядеть достаточно. Шахты располагались в глубокой Ночи. Территория, огражденная высоким забором, освещалась чаросветом, и распределитель сиял наверху тонкой как спица башни. Высившаяся на краю зоны гора напоминала непропеченный ломоть серого хлеба — в пористой поверхности росли мелкие кристаллы, а самые крупные — в глубине.

Завтра мужчин отправят в шахту, женщин определят на бытовые работы. Ей придется стирать чужое белье, мыть посуду, готовить. Она совершенно забыла, как это делается. Как будто в жизни никогда не стирала.

А еще Найрин видела охрану. Они не боялись теней и у них были чарослова. Старожилы уже рассказали, что каждое утро им говорят чарослово, после которого тени идут в шахту словно к любимой женщине. Одного забыли в забое, и он так и умер с киркой в руках и счастливой улыбкой на черном от пыли лице.

— Надо бежать как можно скорее, — прошептала Найрин, повернувшись к Трою и опершись на широкую грудь ладонью. — Пока мы еще не вымотаны тяжелой работой. Пока ты еще помнишь, кто ты.

Трой погладил ее лицо, убирая прядь со щеки. Намотал светлые волосы на палец.

— Портал охраняют все время, — сказал он. — И по ту сторону тоже.

— Значит, надо идти через Ночь.

Он покачал головой, провел кончиками пальцев по зарубцевавшейся ране на ее плече.

— Это слишком опасно, Рина. Сперва нам нужно достать оружие. Хотя бы кирки, но их выдают перед работой, а после забирают. Под чарословом невозможно украсть.

Найрин покусала губы, и ее взгляд устремился на свечку, в жалком пламени которой она так и не разглядела цвет глаз мужчины, которому только что отдалась.

— Можно заткнуть уши, — предложила она. — Если ты не услышишь, слово на тебя не подействует. Надо запечатать их воском!

Трой задумчиво посмотрел на свечу, а потом на Найрин.

— Ты будешь вести себя как и прочие, — поспешно сказала она. — Чтобы не вызывать подозрений. Но потом спрячешь инструменты.

Старый жилистый дед приподнялся на соседней койке и прокряхтел:

— Без чарослова работа покажется пыткой. Ты сдохнешь, парень. Ты проклянешь все на свете.

— Я справлюсь, — уверенно заявил Трой и спросил громче.