- Рейтинг:
- Автор: Владимир Владимирович Набоков
- Жанр: Легкое чтение, Любовные романы, Современная проза
- Прочтений: 1
О чём книга «Ада, или Отрада»
Однако если говорить о том, что касается нас, я имею в виду тебя и меня, то он был похоронен в тот же день, что и наш дядя Данила».
«Нельзя ли узнать подробности?» – спросил Ван.
«Ну, их никто не узнал. Все это произошло в то время, когда я была не в ладах с мужем и с золовкой, и поэтому не могла влиять на сложившуюся ситуацию. Как бы там ни было, Демон не заехал к нам, находясь всего в двухстах милях от нашего ранчо, и просто переслал из какого-то игорного дома твое замечательное, замечательное письмо о Люсетте и моем фильме».
«Хотелось бы также узнать некоторые подробности законного брака – частота половых сношений, ласковые прозвища для интимных бородавок, любимые запахи —»
«Платок моментально! Твоя правая ноздря полна влажного нефрита», сказала Ада, а затем указала на обведенный красным круглый знак, торчащий посреди лужайки, на котором под надписью «Chiens interdits» была изображена невозможная черная дворовая собака с белой лентой на шее. Почему, поинтересовалась она, швейцарские бургомистры должны запрещать скрещивать горных терьеров с пуделями?
Последние бабочки 1905 года, ленивые павлиноглазки и ванессы аталанты, одна перламутровка блестящая и одна желтушка шафрановая, подчистую обирали скромные цветы. Слева от Вана и Ады прошел трамвай, совсем близко от того места набережного променада, где они присели отдохнуть и с оглядкой поцеловались, когда стих стон колес. Освещенные солнцем рельсы приобрели красивый кобальтовый блеск – отражение полудня в зеркале яркого металла.
«Давай возьмем сыру с белым вином в той цветочной беседке, – предложил Ван. – Сегодня Вайнлендеры пообедают à deux».
«Я спрашивал тебя о ритуалах Андрея».
«Ах, Андрей так счастлив видеть всех этих европейских птиц! Он заядлый охотник и прекрасно разбирается в нашей западной дичи. У нас на Западе водится очень милая маленькая поганка с черной лентой вокруг толстого белого клюва. Андрей называет ее пестроклювой чомгой. А вон та большая чомга, говорит он, это хохлушка. Если ты еще раз так нахмуришься, когда я скажу что-нибудь невинное и в целом довольно забавное, я поцелую тебя в кончик носа на глазах у всех».
Искусственно, хотя и совсем чуть-чуть, не в лучшей ее виновской манере.