Кодекс Охотника #07

Таким своим деянием я дам людям время отдохнуть, а еще получу всю энергию себе. Да, вместе с несъедобными зверо-людьми были их питомцы – похожие на волков, вот их-то души я с удовольствием «скушаю».

Встречать всех решил по-хитрому, хотя мог и в лицо, но нужно не сильно испачкаться, ведь я сегодня с девушкой. Как же было хорошо одному ходить по Разломам.

Дабы не работать самому, я забрался на выступ так, чтобы меня не могли легко достать. Затем накинул на проход иллюзию, и теперь вместо него все будут видеть сплошную стену.

А на стену накинул другую иллюзию, но уже прохода. Перед ненастоящим проходом оставил стоять Затупка, который так и не понял, что он приманка. Но думаю, что ему плевать на все это.

Сидит на жирной жопке довольный медоед, отчего только непонятно, и лижет камень, который лежит перед ним.

А я лишь качаю головой, глядя на эту картину.

– Лицо Рода, сука…"

"Нализавшись камня, он вдруг чихнул, и ударился об него носом, и конечно сразу подумал, что это камень виноват. Убивать камень он не стал, но наказать, по его логике, требовалось.

Как итог… камень был обоссан.

Через минуту появились враги, и тут ему уже было не до камней, хотя он и выискивал следующий, который хотел облизать или обоссать, так я и не понял.

Они ворвались, на задних лапах, вполне по-человечьи, а вот морды у них были уже волчьи.

Затупок обрадовался новым «друзьям» и что-то весело улюлюкая, побежал к ним. Но они не оценили его дружелюбие, и не стали останавливаться всей толпой, а подумали, что двоих сотоварищей вполне хватит.

Ну и несколько ручных тварей. При этом я не видел, чтобы они общались между собой, возможно у них есть легкая телепатия стаи.

Пупсик обиделся при виде того, что вся толпа пробегает мимо, огибает его, и бежит прямо в стенку. У него от удивления аж глаза вылезли из орбит, он же считал себя сильнейшим и непобедимым.

А тут его прямо таки облили презрением. Первый волчара, прибежавший к нему, умер от разрыва пасти. Медоед своими лапами сразу разорвал ее. Второго он ударил в живот, пробил его, и зацепившись там за внутренности, потянул их на себя.

Волчара в агонии лупил его своими когтистыми лапами, а медоед смотрел на него, как на гав**о. Если бы он умел говорить, то уверен сказал бы – «И это ты называешь ударом, поц?»

Затупок презрительно ухмыльнувшись, нанес свой удар, при этом держа врага за внутренности.

Что я могу сказать… Размотал он волчару… В прямом смысле этого слова.

В то время за его спиной тоже было интересно.