Огненная кровь. Том 2

— …Её величество не слишком-то жалует Эддар, — вздохнула Эверинн, — вся её милость нынче сосредоточилась на Таршане…

— …а новому верховному джарту, чтобы всё это изменить, видимо, придётся быть во вкусе Её величества? — хмыкнула Таисса.

— У её величества очень разносторонние вкусы, но она, безусловно, ценит упорство, дипломатию и ум, — ответила Ребекка неопределённо. — А эфе Карригану в этом нет равных. Так что ваш здравый подход к выбору нового главы Дома определит очень многое, в том числе и будущий успех или неуспех ваших предприятий.

— Выбор? — опять встряла Таисса. — Если бы выбор был здравым, то я бы согласилась. Но, увы, здравым выбором в этом доме даже не пахнет!

Иррис слышала перепалку, но думала совершенно о другом.

Сейчас, когда Себастьян обо всём узнал, ей стало так легко, словно с души упал камень. Ей больше нечего было стыдиться. Осталось только одно — сказать правду Альберту. Как можно скорее. И уйти из этого дома навсегда. Куда угодно…

Она посмотрела на него снова, но Альберт был занят разговором со своим дядей. Разговором совершенно бессмысленным, поскольку Тибор был уже достаточно пьян, чтобы говорить о чём-то хоть сколько-нибудь значимом.

— Таисса! Не думаю, что стоит обсуждать это сейчас, — мягко добавила Эверинн, пытаясь успокоить разбушевавшуюся племянницу.

— Ну почему же не стоит, — Милена отложила вилку, — под здравым выбором нового главы Дома Таисса, очевидно, понимает выбор в пользу Себастьяна, не так ли?

Взгляды сестёр схлестнулись, как два лезвия.

— Этот выбор определил ещё наш отец, и если говорить начистоту, — Таисса тоже отложила вилку, — то это действительно здравый выбор. Дипломатия, ум и упорство — именно это нужно для достижения успеха, не так ли? Сомневаюсь, что ваш… союз, — она обвела пальцем Милену, Драгояра и Хейду, — даже с учётом… некоторых купленных бастардов, может похвастать хоть чем-то из этого списка. Разве что упорством. Но упорство без ума — сомнительное достоинство.

— Таисса! — шикнул Себастьян.

За столом повисла тишина. Ноздри Милены расширились, она шепнула что-то Хейде на ухо, и та, извинившись, встала из-за стола и ушла.

Милена демонстративно отпила вина, откинулась на спинку кресла и произнесла так, будто положила первую карту на стол:

— А ты полагаешь, что ты умна, а Себастьян дипломатичен. Или наоборот? Хотя без разницы — пусть так.