Огненная кровь. Том 2

И уже потом услышал истошный вопль Арманы, какие-то крики, шум, и толпа расступились, оставив их вдвоём в центре круга. Наверное, ему следовало пуститься в погоню, поймать убийцу, но он не мог бросить Цинту — тот задыхался, на губах появилась кровь, и кинжал торчал у него из груди.

— Ну вот, мой князь, ты всё грозился убить меня однажды, — пробормотал Цинта, — теперь не придётся делать этого самому…

Глава 27. Дружеский совет

— Миледи! Пожалуйста! Пожалуйста! Спасите его! — в отчаянии Армана рыдала у Иррис на коленях.

— Что я могу сделать? Чем же могу помочь? — спросила она, гладя служанку по голове. — Альберт ведь лекарь, и он любит Цинту, он знает, что делать, он его спасёт…

— Нет, миледи, вы не понимаете! Он как раз и сказал, что не знает, что делать! Я слышала! Сама слышала! Что этот кинжал был непростой и что нельзя вылечить обычным способом такую рану! Но если его попросите вы, он всё для вас сделает! Даже невозможное! Он ведь сделал невозможное для вас, хоть надежды совсем не было. Я была здесь, я слышала, как он сказал тогда, что умрёт вместе с вами, если не сможет вас спасти! — она стискивала колени Иррис. — Я не смогу без него жить! Леди Иррис! Пожалуйста, помогите!

Всё, что произошло этим вечером, было, как в кошмарном сне. Иррис видела на лице Альберта страх и отчаянье, слышала, как он кричал что-то, как она сама опустилась на песок рядом с Цинтой и удерживала рыдающую Арману. Как потом бросилась к Себастьяну — попросила дать карету, чтобы отвезти Цинту во дворец, как они ехали в темноте, не ехали — неслись так, что, казалось, карета перевернётся…

И вот теперь они сидели в покоях Иррис, и Армана была в отчаянии — Альберт выгнал служанку, чтобы не мешала своими слезами.

Платье Иррис было всё в крови, и руки, и она не знала, что делать, внутренне молилась всем Богам, прося их спасти Цинту. И только сейчас ей стало по-настоящему страшно от слов, сказанных Альбертом в карете:

— Этот кинжал предназначался мне.

Она встала, плеснула в чашу воды, вымыла руки и лицо.

— Идём, — сказала Армане решительно, — только пообещай, что ты не будешь плакать. Твои слёзы сейчас ничем не помогут, лучше молись. Если есть способ спасти Цинту, Альберт его спасёт, и я сделаю всё, что могу.

Она велела охране оставаться у её комнаты и, прихватив фонарь, направилась быстрым шагом в покои Альберта. Армана бросилась следом, и слёзы её, наконец, иссякли.