Ну, здравствуй, Герой!

Здесь же это указывало на то, что парень применял серьёзные «лечилки» на себе. И в немалом количестве.

«Зелья» не действуют мгновенно. Как бы не хотелось обратного, но «игровая механика», когда схватил «аптечку», и шкала здоровья мгновенно пополнилась на количество пунктов, соответствующих «аптечке», как в том же «Анриал Торнаменте», здесь не работает. Здесь это действует иначе. Здесь на излечение при помощи «зелья» или даже «Элексира» требуется время. И, чем серьёзнее рана, тем больше времени. Ну и более сильнодействующее «зелье», естественно.

Не знаю — в теории, вроде бы даже утраченную конечность заново вырастить можно, но придётся потратить на это больше года и столько «лечилок», что моего нынешнего финансового состояния, хорошо, если в притык хватит — сильнодействующие «зелья» очень дорогие. Те, у которых в названии начинают появляться слова «сильное», «большое», «мощное». Про «Элексиры» вообще молчу. Их ещё и не всякий Алхимик возьмётся делать. Даже из тех, кто до высоких степеней Мастерства добрался. Ведь, не только Мастерство для них нужно, но и соответствующие ингредиенты. А как они добываются, я уже на своей шкуре, немножечко ощутить успел. Не самое простое занятие. Не всякий станет им заниматься.

В общем, Ли Тао медленно катился на инвалидной коляске, выглядя при этом осунувшимся, бледным, постаревшим и очень слабым. Правда, сломленным все равно не смотрелся. Злым — да. Серьёзным — да. Целеустремлённым — вполне. Но сломленным — нет, ни в коем случае. Взгляд его оставался твёрдым.

Чувствовалась в этом взгляде внутренняя сила. Видимо, свой Железный ранг, этот мужик получил совсем не так, как я свой нынешний Стальной. Без «авансов» и не за просто так. Без «упрощённых схем» и «перепрыгивания ступенек».

Пока я всё это гонял в своей голове, глядя на него, и не забывая поглядывать по сторонам в ожидании ещё какого-то возможного подвоха, Ли докатился до того места, где я стоял. Он остановил свою коляску ровно в полутора шагах от меня. Остановился и молча смотрел.

Сложный у него при этом был взгляд.

И тяжёлый. Но, как ни странно, ненависти или желания убить в этом взгляде не было. Или я эти чувства разучился распознавать во взглядах людей, что было бы вовсе прискорбно.

— Спасибо, что не стал убивать… Твоя Милость, — скривив губы, произнёс он, первым нарушив установившееся, между нами, молчанье.

— Не за что, — пожал плечами я в ответ на эту достаточно неожиданную для меня фразу. Уж благодарности я точно не мог ожидать в этой ситуации.