Ну, здравствуй, Герой!

Настолько, что даже этот проткнувший меня шустрик отреагировать толком не успел. Либо не успел совсем, либо не успевал меч из меня высвободить — не суть важно. Главное, что мне удалось врезаться в него своей спиной. Врезаться, сбить с ног и врезаться уже через него, как через подушку, в противоположный каменный зубец стены, сломать этот зубец и вылететь вместе с демоном наружу крепости. И полететь вниз.

Демон пытался применить свою способность к полёту, но, видимо, был ошеломлён ударом о зубец стены, или ударом моей A-ранговой брони, поэтому действовал как-то замедленно и растерянно, что ли?

Не важно.

Главное: он отпустил рукоять меча, а я успел извернуться, оказавшись к нему лицом. С торчащим из груди его же мечом.

Я извернулся и тут же вцепился-обнял его обеими своими руками, прижимая к телу его собственные руки. И ногами «прилип» тоже намертво.

Так мы с ним и рухнули на землю метрах в двухстах от крепости. Ударились о поверхность, отскочили от неё из-за силы удара, ещё раз ударились. После этого ещё и прокатились по этой поверхности, собирая собой все кочки, выбоины и камни. Хорошо хоть деревьев на пути не встретилось. Для прочувствования гаммы ощущений хватило и камней с кочками.

Когда, наконец, мир перестал вертеться перед глазами, я обнаружил себя лежащим на спине, на земле, придавленным сверху телом всё ещё дергающегося и пытающегося с меня подняться демона.

Не-не-не, дорогой! Куда это ты собрался? Тебе подниматься никак нельзя! Вредно это… для моего здоровья.

Я отпустил его тело одной своей рукой и вцепился ей в кадык врага, изо всех сил сжимая на его плоти пальцы. Схватить получилось удачно: пальцы пролезли в щель между нагрудником и шлемом с его страхолюдным лицевым щитком.

Хотя, мне ли рассуждать о страхолюдности? С моей-то маской, торчащей из-под капюшона.

Брызнула кровь: пальцы пробили кожу на горле демона. Больше того, они, словно клещи или ножницы, вырвали-вырезали кусок этого горла. Тот самый, который с кадыком. Демон задёргался сильнее, захрипел, забулькал и начал захлёбываться своей же кровью.