14 ночей с монстром

— Он тебя не обижает? — спросила вдруг Микелла, проследив за моим взглядом, который я вновь бросила на Элгара.

Тот словно почувствовав его, вскинул голову.

Глаза в глаза, два удара сердца и чувственная улыбка, которая синхронно расцвела на наших губах.

— Нет, — с трудом заставив себя отвернуться, произнесла я. — Он хороший.

Наверное, не совсем полная характеристика, но другой у меня не было.

— С тобой Форр совсем другой. У него слава холодного и равнодушного дрейга. Скорее всего воспитание сказалось. Но сейчас его не узнать. Ты хорошо повлияла на Элгара.

Просто замечательно, что она выбрала эту тему для разговора. Напряжение постепенно стало спадать, как и чувство неловкости.

Снова молчание и тихая просьба:

— Расскажи о себе. У тебя же есть дочь?

— Да, — я не смогла сдержать улыбки, вспомнив малышку. — Ее зовут Айрин, ей шесть лет.

— Такая большая. Она тоже?…

Вопрос застыл в воздухе, но я сразу поняла, что она имеет в виду.

— Нет. В зону риска она не входит. Чему я очень рада. Тайрифи Айрин не стать, — ответила я и добавила. — И вообще она сейчас немного дрейг.

— Да, знаю. Именно поэтому со мной так хотели поговорить в сейме. Форр нарушил некоторые правила ради тебя.

Я снова взглянула на Элгара.

Быстро, скользнув взглядом по его профилю, рисункам на висках, задержавшись на мгновение на «моем» завитке. Какие еще секреты он хранит от меня?

— Правила? У него могут быть проблемы?

— Все зависит от того, как пройдет слушание. Ты знаешь, для чего тайрифи дрейгам? Форр рассказал тебе, какие отношения нас связывают?

Микелла тяжело вздохнула, комкая в руках белый платочек.

— Попав к Ригу, я умоляла его выпить меня, забрать этот дар. Но он не сделал этого.

— А почему Форр не стал, хотя большинство поступает именно так? — с улыбкой спросила женщина. — Они оба понимали, на какой риск идут, что так много могут потерять. Или наоборот обретут.

— Видно, что муж вас любит, — неожиданно произнесла я.

— А я его. Даже представить сложно, как ему было тяжело. Сколько сил и терпения он приложил, чтобы вытащить меня и спасти, когда я сама не хотела жить. Сломалась тогда.

— Но не будем о грустном. Расскажи о себе, — снова попросила Микелла. — Все, что угодно, любую мелочь. Мне так хочется знать о вас все.

Сначала неуверенно, то и дело останавливаясь, запинаясь, подбирая слова. Но постепенно рассказ захватил меня.

С ней было легко. Не знаю, может причиной тому кровь, но чувство единства, которое возникло при первой встрече, становилось все сильнее.