14 ночей с монстром

— М-а-а-ам, — протянула малышка и забавно выпятила нижнюю губу. — Ты меня не слушаешь.

— Слушаю. Ты рассказывала про новую куклу. Уже решила, как назовешь?

Но дочку было сложно обмануть или запутать.

— Ты заболела? — встревожилась она, чуть подаваясь вперед.

Для ребенка, который полгода провел на грани жизни и смерти, болезнь стала самым опасным врагом.

— Нет. Я просто очень сильно по тебе соскучилась.

— И я соскучилась. Приезжай скорее.

Закончив разговор, я взглянула на Форра, который уже две минуты стоял в дверном проеме и наблюдал за мной. Причину его присутствия я поняла сразу.

Прошло ведь гораздо меньше времени, чем говорил бионик.

— Результаты готовы. Микелла Диррен твоя мать.

Этого стоило ожидать. Я даже не удивилась, хотя сердце екнуло внутри и то последнее, крохотное, что связывало с отцом исчезло. Такое я ему простить не могла.

— Они просят о встрече завтра утром.

Я на мгновение закрыла глаза и призналась:

— Не знаю, что делать и как себя вести. Не знаю, что обычно говорят в таких случаях. Она наверняка так много ждет от меня, а я… я ничего не могу дать.

Я на миг представила себя на ее месте. Если бы отец так же разлучил меня с Айрин, если бы я встретила ее лишь через двадцать лет.

— Просто поговори с Микеллой. Не обязательно завтра. Но поговори. Я могу сказать, что ты плохо себя чувствуешь и перенести встречу, на любое время. Когда ты будешь готова, — предложил Элгар, продолжая опираться плечом о дверной косяк.

Я хмыкнула и покачала головой:

— Боюсь, я никогда не буду готова. Поэтому не стоит оттягивать. Быстрее все выясню, быстрее вернусь домой. Скажи, что я согласна встретиться… снова. Завтра.

— Давай, я скажу, что перезвоню им утром и сообщу о твоем решении. Хорошо?

Время до вечера пролетело на удивление быстро, хотя большую часть я бесцельно бродила по номеру или лежала, свернувшись калачиком. Аппетит так и не вернулся, и сама мысль о еде вызывала тошноту. Поэтому обед и ужин я благополучно пропустила.

Элгар приглашал погулять по станции и немного отвлечься, но я отказалась. Рано легла спать, завернувшись в простыни, как в кокон, но заснуть долго не могла. Лежала в темноте, прислушиваясь к дыханию спящего рядом дрейга, вспоминала события дня и понимала, что у меня была мама. Настоящая. Которая любила и обожала, которая готова была перевернуть для меня мир. И это не Илли Трэкот.

Когда под утро я все-таки смогла уснуть, мне приснился кошмар.