Венчальное кольцо Нибелунгов

Я не Зигфрид, а Тарзан, и в эту историю не вписываюсь. Зигфрид у нас скорее Фисуненко… Или Иван твой? Здоровенный такой Зигфрид, с бритым затылком и мордой кирпичом!

– А я – кто? – поинтересовалась Рита.

– Как это – кто? Конечно же, бесстрашная валькирия! По крайней мере ростом тебя боженька не обидел, да и телосложение подходящее…

Рита легонько пихнула его локтем в бок.

На перекрестке образовалась большая пробка, и Байрамов, включив радио, откинулся на спинку сиденья, приготовившись к томительному ожиданию. Риту всегда удивляло, какое терпение и выдержку демонстрировал обычно взрывной Игорь в некоторых ситуациях. Сама она начинала беситься и ерзать, не могла сосредоточиться, ругалась на чем свет стоит и поносила водителей, не умеющих справляться с правилами дорожного движения. Доставалось и правительству, а Байрамов, спокойный, как египетский сфинкс, просто зажег сигару и опустил стекло, чтобы не задымлять салон.

Приехав домой, Рита пошла в спальню. Она вытащила из нижнего ящика комода, где хранила нижнее белье, пузырек с остатками настойки колдуньи. Повертев его в руках, она решительно отправилась на кухню, выдвинула мусорное ведро и уже собиралась швырнуть туда бутылочку, как вдруг вошел Байрамов. Рита спрятала настойку за спиной.

На лице Игоря было шкодливое выражение, как у щенка, затевавшего игру. В руке он держал что-то зеленое.

– Вот, – сказал он торжественно и кинул предмет на стол. Он со звоном ударился о поверхность и оказался ключом с прикрепленным к нему зеленым номером «21».

– Что это? – спросила Рита.

– Ну, я тут подумал, что твое последнее э-э… выступление в номере отеля было просто незабываемым!

– Я решил оживить приятные воспоминания. Сутки в «Эмеральде» без надобности вылезать из постели – как тебе?

– Тогда одевайся. Особенно можешь не стараться: одетой тебе придется пробыть недолго.

Он уже развернулся, намереваясь выйти из кухни, как вдруг, словно вспомнив о чем-то важном, вернулся назад.

– Да, ты помнишь Милу?

– Милу? – наморщила лоб Рита.

– Ну, блондиночку такую, из мариинской труппы? Она еще на репетициях в ярко-розовом трико была.

Рита вспомнила симпатичную девушку, участвующую в постановке «Кольца Нибелунга». Она ничем особым не выделялась, поэтому Рита не сразу сообразила, о ком идет речь.

– А-а, да, помню, – сказала она. – А что?

– Похоже, придется ее снять с постановки.