Непредвиденные встречи (сборник)

Не для того ли нас перенесли сюда и ткнули носом, чтобы мы вспомнили, какими были? Вернее, чтобы не забывали? Не для того ли нам напомнили последнюю из Великих войн, за гранью которой осталось Великое уничтожение цивилизации? Разве не чудо, что человечество сумело остановиться на лезвии суицида?

Несколько минут прошло в молчании, тяжелом, как физическая боль, потом Томах пробормотал:

– Керри как-то спросил: чем измеряется история человечества? Как это выразить кратко? Я отвечу, а тогда не мог: история человечества - это не история покорения Галактики, как считают многие, это, прежде всего, история покорения человеком самого себя.

Никто ему не возразил. Перед ними лежал мертвый. Русский солдат. Человек! И если оглядеться вокруг, на поле лежало еще много людей, своих и врагов, и какая была для Филиппа разница - фильм ему показывали или кусочек настоящей человеческой истории, он и к слову "смерть" не мог оставаться равнодушным…

У воронки, над которой при их приближении загорелась в воздухе алая окружность, Богданов остановился.

– Попробуем допрыгнуть? - с сомнением предложил Станислав.

– Нет, что-то мы упускаем из виду. Мир этот не бесконечен, как нам кажется, и мы это знаем, граница его здесь…Никита прошел слева от воронки, фигура его странно заколебалась и… он оказался развернутым на сто восемьдесят градусов!

– Так! Убедились, стена на месте. Эффект поворота - словно у "зеркального перевертыша", видимо, это все-таки дело рук Наблюдателя" используются одни и те же приемы. Может, мы просто не умеем пользоваться входом?

– Давайте прикажем ему…- Филипп не договорил. Светящаяся окружность погасла и возникла рядом с воронкой.

– Молодец! - хмыкнул Томах, обходя Филиппа.

– Но я еще ничего не…

– А ничего и не надо. Достаточно того, что ты подумал об этом. И здесь автоматика мыслеприказа, разве что почувствительнее нашей.

На знакомом черном полу "колодца" остановились, разглядывая когг.

– Тот, квадратный, вылез отсюда,- высказал общую мысль Томах.

– Ну и что? - Богданов обошел шлюп кругом.- Зритель он, вероятно, квалифицированный, не чета нам, что ему чужая машина? Посмотрел и помчался по своим делам. Может быть, он часто прилетает на спектакли.

Томах потрогал броню шлюпа.

– Куда теперь? Домой?

– А как? - спросил Филипп.- И куда?

– Вот именно. Мне кажется, у нас у каждого складывается свое мнение об увиденном.