Осколки неба

Лиза помялась, но все же сказала:

— Я бы не хотела, чтобы ты из-за меня с ней поссорился…

Володя усмехнулся и покачал головой.

— Лиз, я могу поссориться с Катей не из-за тебя, а только из-за нее самой. Если будет слишком сильно дурить — точно тут надолго не задержится. Мне, знаешь ли, совершенно не нравится, когда меня подозревают черт знает в чем. Любовь должна быть основана на уважении и доверии. А когда твоя девушка всерьез уверена в том, что ты можешь ей изменить… Да нафиг такая девушка нужна? У Кати это пока не всерьез, а так, эмоции. Посмотрим, что дальше.

А на следующий день Лизу на работе огорошили известием, что со следующей недели ожидаются проливные дожди и сильное похолодание, и она, подумав, поняла — вновь нужно идти к маме и сестре за вещами. Вообще уже давно было пора, но Лиза все откладывала, перебиваясь в том, что принесла ей в прошлый раз Маша. Однако с таким похолоданием и дождями… Надо и куртку потеплее взять, и кроссовки, и сапоги резиновые для прогулок в парке, и джинсы поплотнее. Но вновь заморачивать Машу Лизе не хотелось. Она и так для нее уже очень много сделала.

А вечером Володя заговорил об этом сам.

— Я слышал, со следующей недели похолодание до десяти градусов, сильный ветер и дожди, — сказал он во время ужина — своих любимых макарон с куриными ежиками в соусе, которые приготовила Лиза. — У тебя одежда-то есть на такую адскую погодку для июля месяца?

Она покачала головой.

— Нет. Надо бы сходить в выходные…

Несколько секунд Лиза удивленно молчала, а потом протянула:

— У тебя только коленки разбитые недавно прошли, — хмыкнул Володя. — Нет уж, никаких сама. Я с тобой схожу, заодно и возьмем побольше. Побуду вьючным животным.

Лизе, с одной стороны, было ужасно неловко, а с другой — она испытывала в ту секунду какое-то совершенно дикое облегчение.

С Володей ей будет не так страшно.

Нет. С Володей ей будет вообще не страшно.

В субботу они отправились на прежнее место жительства Лизы сразу после завтрака.

Она была очень напряжена, но Володя всю дорогу рассказывал ей разные истории "из жизни врачей", и к тому моменту, когда они подошли к цели, Лиза уже улыбалась. Невозможно было не улыбаться.

— У нас почти вся еда в отделении под запретом — все же хирургия, пациентам только кашу на воде и можно есть, а родственники им апельсины с колбасой таскают. Типа витаминчики. Лежал у нас в позапрошлом месяце мужик, у него всякую сырокопченую колбасу изымали раз десять, а жена все таскала.