Вредность - не порок

Причем сопротивлялся отчаянно. Ишь ты, какой самостоятельный! Можно подумать, я спрашивала твоего мнения. И вообще, жалко тебе, что ли?

«Жалко», — прошелестело где-то в глубине сознания. От удивления я даже забыла доплести заклинание. Интересно, все маги такие психи или одна я?

Вредный резерв (весь в меня!) никак не ожидал, что я так легко сдамся, и, кажется, слегка перестарался. По телу словно молния прогулялась: оно резко выгнулось, и я кулем осела на землю.

Эльфу сегодня определенно везет.

Фабиэль паскудно ухмыльнулся, взял меня за шкирку и… бросил обратно.

Нет, ну зачем кидаться-то? Между прочим, я не железная. И так в последнее время синяки сходить не успевают. А сам ушастик взвыл дурным голосом, схватился за зад и запрыгал между деревьями.

Все же не у одной меня крыша едет.

В шаге от меня невинно хлопала глазками Линка. Из снега торчал мой кинжал.

Смеялись мы долго, даже Алекс не удержался. Кстати, надо предложить ему на досуге покусать Дармира. Глядишь, и заразит его своей упертостью. Лекарь из-за ерундовой царапины целый хай поднял, а у этого вся грудь рассечена, но он даже не пикнул.

Вот это характер!

Линка пожала худенькими плечиками — мол, до чего дотянулась, — и подула на обожженную ладошку.

— Путы… — с трудом выдавил Алекс.

Да, мысль хорошая, вопрос только, смогу ли. Я передвинулась к властелину поближе и осторожно зашептала уже знакомое заклинание. На первый взгляд все вернулось на свои места: внутренней энергии я не чувствую, колдуется подозрительно легко. Вот только зря я забыла, что взять силу и не использовать — нельзя.

Вернее, можно, но чревато.

Так и получилось. Вместо нужного заклинания с пальцев слетело незнамо что. Перед глазами поплыли разноцветные круги.

Проморгавшись, я увидела статую из белого мрамора. Эльф с перекошенной физиономией, судорожно схватившийся за мягкое место. Шедевр!

Как мы добирались до храма — отдельная история.

Алексу, видимо, захотелось погеройствовать. Он твердо вознамерился идти самостоятельно, заявив, что властелинов нельзя даже близко сравнивать с людьми и вообще для него эта страшная на вид рана — тьфу.

Правда, его тут же стало основательно заносить то вправо, то влево. Через несколько минут хождения зигзагами и булькающей ругани мужчина все же согласился опереться на меня.

Вот только при нашей разнице в росте и комплекции выглядело это комично. Да и особой пользы не принесло — мы оба стали рисовать зигзаги на снегу и пару раз чуть не завалились. Служить подпоркой пришлось Любе.