Ты только попроси. Сейчас и навсегда

Мой Айсмен улыбается и идет в душ, а я начинаю чистить зубы. Почистив их, сажусь на унитаз и наблюдаю за Эриком. От вида его тела у меня кружится голова: он высокий, сильный и сексуальный. Пробегаю взглядом по его спине, бедрам. О боже! Он мне дарит такое удовольствие. Когда он выходит из душа, я подаю ему полотенце и он вытирается. Я, забавляясь, протягиваю руку и трогаю его. Эрик смотрит на меня и, отступив назад, заверяет:

– Малышка, не думаю, что ты сегодня в состоянии на мне поскакать.

Я катаюсь со смеху. Он прав. Некоторое время наблюдаю за ним, и у меня в голове сами собой возникают игривые картинки. Похоже, что все это написано у меня на лице, потому что Эрик спрашивает:

– О чем ты думаешь?

Я улыбаюсь…

– Давай, развратница, о чем ты думаешь?

Рассмеявшись над его словами, интересуюсь:

– А у тебя был когда-нибудь опыт с мужчинами?

У него поднимается одна бровь. Глядя на меня, он уверяет:

– Дорогая, я же тебе говорил, что мне не нравятся мужчины. Ты это прекрасно знаешь.

– Мне тоже не нравятся женщины, – поясняю я. – Но, признаюсь, для меня в некоторые моменты не имеет значения, кто со мной играет.

Айсмен улыбается и, вытираясь, отвечает:

– А для меня имеет значение, мужчина это или нет.

Мы смеемся.

– А если бы я захотела предложить тебя мужчине?

Эрик замирает, пронзает меня взглядом и отвечает:

– Я бы отказался.

– Почему? Это всего лишь игра. А ты мой.

– Джуд, я тебе сказал, что мне не нравятся мужчины.

Я качаю головой и улыбаюсь, но пока не готова закрыть эту тему.

– Тебя возбуждает картина, когда у меня между ног орудует язык другой женщины, не так ли?

– Да, малышка, очень.

– Ну, а мне хотелось бы увидеть, как у тебя между ног орудует другой мужчина.

Он изумленно на меня смотрит и спрашивает:

– Ты хорошо себя чувствуешь?

– Превосходно, сеньор Циммерман. – И видя, как он на меня смотрит, добавляю: – Меня не тянет к женщинам, но ради тебя, ради того, чтобы доставить тебе удовольствие, я попробовала, как это, когда со мной играет женщина, и соглашусь, что в этом может быть свой шарм. По правде говоря, мне хотелось бы, чтобы с тобой то же самое проделал мужчина. Чтобы он поиграл с тобой…

– Нет.

Я встаю и обнимаю его за пояс.

– Дорогой, вспомни: твое наслаждение – это мое наслаждение, и мы хозяева своих тел. Ты открыл мне ранее неизвестный мир. А сейчас я хочу, страстно желаю целовать тебя, пока мужчина будет тебя…

– Ладно, поговорим об этом в другой раз, – прерывает он меня.