Самоходка по прозвищу «Сука». Прямой наводкой по врагу!

Десантники на броне – молодые ребята с автоматами, что-то оживленно обсуждавшие, замолчали, провожая глазами останки бойцов сорок первого года.

– Похоронили бы, что ли, – сказал кто-то. Остальные промолчали. С правого фланга, минуя промоины и бугры, примчался мотоцикл. Сержант-разведчик доложил, что километрах в трех впереди речка.

– Неширокая, метров в пятнадцать. Два хутора на той стороне.

– Напротив одного дощатый мосток, телегу только выдержит. Другой хутор за поворотом. Туда второй мотоцикл поехал. Немцев не видно.

Шли по высохшей за жаркое южное лето степи. Речка оказалась илистая, глубиной метра полтора.

– Пройдешь? – спросил Мищенко у старшины, командира плавающего танка.

Тот спрыгнул вниз, осмотрел берег, шагнул в ил, и, кое-как вытянув сапоги, покачал головой:

– Не пройдем, товарищ старший лейтенант.

– Что, плавать разучился?

– Ил глубокий. Завязнем.

– Надо галечную отмель искать или песок.

– Спасибо, что просветил.

Двинулись вдоль извилистой речушки под прикрытием редких тополей и кустов ивняка.

Вскоре увидели поднимавшийся над хутором дым, а следом появился второй мотоцикл. Разведчики доложили, что немцы жгут дома. Стучали редкие выстрелы, короткие очереди.

– Жителей выгнали, по дороге уходят. А стреляют в сараи да по чердакам. На всякий случай.

Действительно, за хутором тянулась на запад кучка жителей с узлами, ручными тележками. Одну телегу, наполненную барахлом, тянула корова. Видимо, лошадей забрали завоеватели.

– Сколько там немцев?

– Два мотоцикла и грузовик.

Скорее всего, отделение.

Этот экипаж оказался более шустрым. Проверили в нескольких местах берег и, кажется, нашли подходящее место.

– Галька, мелкие камни, следы от колес. Хуторские там переправляются. Глубину измерить не успели, фрицы из пулемета огонь открыли. Вот, коляску в двух местах продырявили.

Долго не раздумывали. Велико было желание спасти хутор. И хотя в бой без необходимости вступать не разрешали (главное – разведка), но здесь проходила единственная дорога.

Впервые обратился широколицый, губастый старший лейтенант Мищенко к Карелину по имени.

– Двинем, – коротко кивнул Павел.

Быстро обсудили план действий. Мотоциклы не пройдут, будут прикрывать переправу, а затем их перекатят на руках. Первым пойдет плавающий танк Т-40. За ним все три самоходки. Если какая из «сушек» застрянет, то танк вытянет ее на буксире.

– Хватит, – кивнул старшина. – Мотор новый, восемьдесят пять лошадей.

При этих словах Хижняк неопределенно покачал головой.