Игра на одевание

 – Аналогом нашей долговременной памяти служит журнал.

– Здесь, кстати, сказано, – вступил в разговор Брадвин, – что в тот день родных навещали восемь женщин: Инга Иванова, Елена Жаркова, Людмила Истомина, Ольга Шилова, Дарья Кротова, Анна Лазарева, Нурай Искакова и Ханна Гринблатт.

– Это несколько облегчает задачу, – уверенно откликнулся Стаев. Его пальцы пробежались по клавиатуре. – Видите ли, Инга Иванова и Нурай Искакова – матери наших постоянных пациентов. У Сергея Иванова параноидное расстройство личности, у Арсена Искакова – шизоидное. Оба лечатся у нас на протяжении многих лет. Федор Петрович Кротов поступил к нам около года назад. Его жена Дарья застала его за приставаниями к соседским девочкам. Заманил их конфетами в квартиру, предлагал играть в карты на раздевание. Неконтролируемое половое поведение на фоне болезни Альцгеймера. Дарья Семеновна приходит навестить мужа каждое пятнадцатое число месяца. Вы можете с ней поговорить. Елена Жаркова – сестра Евы Жарковой. Имя, увы, символично. Ева Дмитриевна названа в честь прародительницы рода человеческого, но забеременеть, увы, не может. Бог не дал, как говорится. У нее хронический невроз из-за бесконечных неудачных ЭКО. Тут вы можете пообщаться с самой пациенткой. Она все подтвердит. Жаркова обычно спокойна, когда разговор не касается вопросов зачатия или рождения детей. Ханна Гринблатт навещала брата. Он наркоман. Анна Лазарева мучится с отцом-алкоголиком. Ольга Шилова приходила к сыну, ставшему жертвой уличного нападения, что привело к острому ПТСР. В данном случае терапия дала положительные результаты. Тимофей давно отбыл домой. Людмила Истомина – единственная из этого списка, о ком я впервые слышу.

– Фамилия известной балерины, – Гуров внимательно рассмотрел электронную карту последнего пациента, о котором говорил Стаев, на мониторе, – тоже в пользу этой версии говорит.

– Действительно, весьма нетипичный для наших подопечных креатив. Что ж, – согласился врач. – Давайте попробуем понять, к кому она могла приходить.

– В нужной графе, – Брадвин показал журнал, – стоит только номер двадцать два.

– Это значит, что ФИО пациента неизвестны.

– То есть как? – удивился Гуров.

– То есть человек поступил к нам без документов. Видите ли, Лев Иванович, Саратовская губерния стала первой в царской России, где больницу «для скорбных главою» специально строили за городом.