Дверь на двушку

Рядом висели снарядные перчатки-блинчики, украшенные розовыми ленточками. И тут же, повернувшись лицом к стене, крепко спала девушка.

– Это кто? – спросил Кузепыч.

– Ева… Тсс! – Маша Белявская поднесла палец к губам и показала на огнетушитель в углу. Это означало, что если Еву разбудить, то будет плохо.

Дальше между Машей как главным оратором молодого поколения и Кузепычем (оратором лаконичного спартанского духа) состоялась следующая краткая беседа.

– Ночь, – сказала Маша, намекая Кузепычу, что он хоть и начальник, но нечего ночью приходить в чужие комнаты.

– Режим! – рявкнул Кузепыч.

– Конфиденциальность! – укоризненно возразила Маша.

– Правила! – настаивал Кузепыч.

– А как же права? Право на… труд? Нет, не то. На одиночество? На личную тайну? – Маша призадумалась, вспоминая, какие у человека есть права.

Кузепыч сжал свой кулак, подписанный по одной букве на пальце начиная с мизинца. Маша намек поняла, а Дина опять потерлась головой о плечо Кузепыча и сказала «мурр». Собираясь прогнать из комнаты Андрея и Федора, Кузепыч распахнул дверь и заехал по кому-то, кто стоял снаружи и пытался подслушивать.

На полу напротив комнаты новичков, потирая лоб, сидело привидение в белой простыне с прорезанными для глаз дырками. Ниже дырок желтела бирка из прачечной – типичный такой потусторонний момент. Рядом с привидением с шуруповертом в руке стоял некто в нахлобученной на голове коробке. Увидев Кузепыча, он торопливо повернулся и кинулся бежать. За ним, сослепу налетая на стены, потому что простыня у него сбилась, неслось привидение.

Кузепыч не стал их догонять, лишь отметил, что светлые, в тонкую голубую полоску брюки сбежавшего первым злодея напоминают брюки Вовчика. Привидение же, судя по некоторой женственности бега и непрерывным жалобным звукам «охохохох», очень походило на призрак Оксы.

– Кто это был? – спросила Маша.

– Да так… Напугать вас хотели, ешкин-кошкин! Прописать в ШНыре! – буркнул Кузепыч.

– Может, дублей им вслед отправить? – Андрей Нос сгоряча сотворил такую армию дублей, что они забили всю комнату. Сотворенные наспех и в слишком большом количестве, дубли получились такими тупыми, что не смогли даже протиснуться в двери. Толпились, налетали друг на друга, сталкивались лбами.

Кузепыч прогнал Андрея и Федора из комнаты девочек, растолкал дублей и отправился спать, уверенный, что привидение и злодей с коробкой на голове и были тем поводом для беспокойства, который заставлял его ходить по ШНыру.