Страсти-мордасти рогоносца

 – Одна маменька на Фейсбуке объяснила: я заплатила две евродесятки грабителю-хирургу, который моему Володе…

– Врымзов! – возмутился Роман. – Верно, у него столько насчиталось. Татьяна, двенадцатилетний подросток без царя в голове решил прокатиться на электричке. Снаружи! Понимаете! Встал на какую-то железку, торчащую из последнего вагона, и помчался вместе с поездом. А на повороте упал. Но видно, Господь идиотов бережет, парень жив остался. Только лицо – буквально всмятку. Кости поломаны, носа нет, уши оторвало, скальп сняло… Я как увидел, с чем работать предстоит, так впервые за многолетнюю практику испугался.

Год возился с парнем! В конце концов он теперь внешне вполне симпатичный мальчик. Да, двадцать тысяч, но это за серию операций и расходный материал – импланты в подбородок, ушные раковины, имитирующие настоящие… Никто, кроме меня, не брался за восстановление его лица, пацану предстояло жить чудовищем. Один я рискнул. И как поступила мамаша дурака? Начала мою клинику во всех соцсетях поливать.

– Ага, ты врешь! – продолжала визжать Катерина. – Все знают, сколько ты в карман кладешь!

– При чем тут плата за операции? – вышел из себя хирург.

– А при том! – взвилась Екатерина. – Ты врун! И гад! Немедленно дай телефон бабы, с которой спит Сеня!

Дверь кабинета открылась, из приемной послышался голос Натальи:

– Нет, нет, не ходите туда…

– Чушь, мне на это время назначена консультация.

Не намерен ждать, – возразил приятный баритон, и порог переступил стройный мужчина.

Смотрели старый советский фильм «Человек-амфибия»? Роль Ихтиандра в нем сыграл Владимир Коренев. Артист был так хорош собой, что не передать словами, в него на следующий день после показа фильма влюбилось все женское население СССР, от младенцев до бабушек. Впрочем, мужчины тогда потеряли голову из-за красавицы Анастасии Вертинской, исполнившей главную женскую роль. Даже достигнув пенсионного возраста, актер и актриса не потеряли своей удивительной красоты.

Так вот, сейчас передо мной стоял двойник Коренева в возрасте примерно сорока лет.

– Сволочь! – не переставала орать Екатерина. – Гад ползучий! Бабник! Мерзавец!

Продолжая выплевывать ругательства, она одним прыжком оказалась у письменного стола, схватила настольную лампу с бронзовой подставной и метнула ее в пришедшего. «Коренев» ухитрился увернуться.