Страсти-мордасти рогоносца

Понимаете? Двушка – и гостиная!

– Спали все в одном помещении? – уточнила я.

Кристина Михайловна рассмеялась:

– Не угадали. Родители укладывались на ночь в своей спальне, а я на кухне. Ага, вот это по-интеллигентному – ребенку на раскладушке корчиться. Но главное, не жрать у плиты, ведь так только плебс делает.

– Мда… – крякнул Иван.

Золотова потерла глаза кулаками.

– Меня без конца воспитывали. Я должна была называть родителей на «вы», учиться на одни пятерки, носить одежду, которую они мне купили, есть то, что дали, дружить только с теми, кого одобрили старшие, в субботу ходить с мамой в консерваторию, в воскресенье с отцом в музей или театр, никогда не спорить, убирать квартиру, быть всем довольной и благодарить каждый день по нескольку раз папеньку и маменьку за счастливое детство.

– Здорово! – восхитилась я.

– Мне тоже нравилось, – хмыкнула Золотова. – В четырнадцать лет я подружилась с Тихоном. Мы жили в одном подъезде, но раньше друг на друга внимания не обращали. А тут вдруг оказались вместе в лифте и… влюбились.

В одно мгновение. У Тишиных предков были свои тараканы в голове – деньги, полезные знакомства, связи. Но главное – деньги, деньги, деньги. Мои оценивали людей по умению пользоваться ножом-вилкой, а Тишины – по одежде и обстановке в квартире.

– Это хуже, чем Монтекки и Капулетти, – усмехнулся Иван, – шансов договориться нет.

– Точно подмечено, – согласилась Кристина Михайловна. – Когда моя мать услышала, что я хочу позвать в гости Тишу, она категорически заявила: «Нет».

И произнесла фразу, которую я ранее процитировала. А родители Тихона, увидев однажды нас с ним вместе на улице, закатили истерику, орали сыну: «Не смей общаться с нищетой! Мы тебе нашли невесту, девочку из обеспеченной семьи, дочку крупного партийного деятеля. Выбрось Кристину из головы!» Мне про женихов не пели, ведь неинтеллигентно думать про мальчиков. Отец схватился за ремень, выдрал меня и объявил: «Торгаш в моем доме не появится! Думай об учебе, об отличном школьном аттестате, о поступлении в МГУ. Еще раз услышу про Тихона, так тебя отделаю, что год сидеть не сможешь». И загрузили меня по полной программе – наняли репетиторов, навалили дел по хозяйству. «Чтобы не оставалось времени на дурь», – так выразился мой папаша-интеллигент.

Рассказчица тяжело вздохнула и немного помолчала:

– А предки Тихона стали сводить сына с правильной невестой – покупали им билеты в кино, приглашали ее домой. Девочка влюбилась в Тишу, сохла по нему.