Моя случайная проблема, или Детка, мы влипли!

Отогнав неправильные мысли и приподняв подол своего импровизированного наряда, я двинулась к дереву. И замедлилась, когда увидела, что там уже сушится вся одежда Дамиана. Так он что, совсем голый под простыней?! Бросив на соседнюю ветку свое постиранное платье, я взволнованно посмотрела в сторону костра. Дамиан уже тащил из дома огромный табурет, вероятно решив, что мы поместимся и на одном.

Через двадцать минут мы уплетали тёплый ужин, приготовленный при помощи магической тарелки, и молчали.

Я опять боялась ляпнуть чего-нибудь лишнего, потому что Дамиан был и без моих вопросов очень задумчив.

А ещё я искоса поглядывала на простынь и гадала…

Бесстыдно гадала о том, о чем вряд ли кому-нибудь смогу однажды сознаться.

— Как ты думаешь, с Нэйтом и Анхелем все в порядке? — все же решилась спросить я, отводя свой заинтересованный взгляд и пытаясь отвлечься мыслями о брате.

— Да, — махнул он головой. — У Нэйта есть мозги, Кэр. Просто он не любит их показывать, чтобы не брать на себя ответственность.

Если есть кто-то способный решить проблему вместо него, он с радостью ему уступит. А сейчас такого человека у него нет.

— Нет. Я ставлю на Нэйта. Не смотря на нрав твоего брата, у него больше отваги. Чтобы выжить — надо любить жизнь. А твой брат ее очень любит, в отличие от Анхеля, который готов умереть за артефакт.

Я понимала, что Дамиан прав. Несмотря на внешнюю трусость Нэйта, он же как-то путешествовал сам? И в краях частенько пропадал неспокойных. В этот момент Дамиан словно открыл мне глаза на характер брата.

Нэйт — не трус. Он хитрец.

Я достала кубок из своей сумки и протянула его Дамиану, надеясь заполнить вновь возникшее неловкое молчание.

Мне безумно хотелось расспросить Дамиана о его семье, но я боялась затронуть неприятные для него темы.

— А ты очень похож на отца? — я все же решила хоть немного утолить свое любопытство отдаленным вопросом. Решила, раз Дамиан упоминает отца, значит, воспоминания о нем хорошие.

— Похож, — усмехнулся он и добавил тихое «Ох и лиса».

 — Тебе действительно так интересно, Кэр?

— Ты знаешь обо мне многое, а я — ничего.

Дамиан тяжело вздохнул и, сделав несколько глотков из кубка, протянул его мне.

— Мне особо нечего рассказать. Мать я не помню, хотя и жил с ней до шести лет. Возможно, мой мозг упрямо пытается стереть эти воспоминания.

— Твои родители жили отдельно?

— Мои родители были знакомы всего пару ночей, — ухмыльнулся он, глядя на то, как я залпом опустошила содержимое кубка.