Ты предназначена мне

Трудно сказать, ходила ли смерть у неё в подругах, но… Протяни она ещё с десяток лет, это бы сломало её. В отличие от отца, она видела в окружающих людей, а не шахматные фигуры, которые можно передвигать согласно своим желаниям. И в нас в том числе. Отец… — у меня вырвался сдавленный смешок. – Оте-е-ец… ему нужно было другое. – Смешок резко оборвался. Я прищурился. – Нечего втирать мне про грани, Ренат. Пока ты учился в Оксфорде, я изучил все грани от и до. Думаешь, мне это было нужно?! – рявкнул я, отталкиваясь от плиты. – Думаешь, я хотел этот город?! Да ни черта я не хотел!

В последний раз смерив продолжающего молчать Рената взглядом, я пошёл к ограде. Из-за отца я потерял своего не рождённого ребёнка. Из-за него же лишился женщины, вернувшей мне возможность чувствовать тогда, когда это казалось уже почти невозможным. Из-за него я потерял единственного друга. Митяй… Хоть братом по крови он мне не был, именно с ним я мог бы хлестать коньяк этой ночью сидя тут, на каменной скамье. Если бы только он был на этом грёбаном свете…

— Думаешь, я хотел этот город? – раздалось мне в спину.

Я остановился. Оглянулся на Рената. Тот так и стоял неподалёку от могилы, только теперь смотрел не на плиту, а на меня.

— Не хотел, — брат направился ко мне.

Я ждал, пока он приблизится. Усмехнулся. Ботинки его всё-таки оказались вымазанными, как и брюки. Находясь рядом с отцом, пусть даже с мёртвым, не запачкаться было невозможно. Поднял взгляд к лицу брата.

— Так что же ты всё не послал?

— Ты прекрасно знаешь ответ, — сказал, глядя на меня прямо. – Кроме нас некому. Мы нужны этому городу, Рус, — он замолчал на несколько секунд. Ветер снова швырнул в нас водой, в голове отзвуком раздался окрик Евы, но я заглушил его.

— Мы оба, — короткий взгляд, после которого Ренат открыл кованную калитку. Открыл, но с места не сдвинулся, дожидаясь, пока я выйду первым.

Ничего не ответив. Я шагнул за ограду. Мы оба… Чего нужно было этому городу, мне было всё равно. По крайней мере, сейчас. Но я знал, чего хочу сам – достать сбежавшего с «Беринга-320» крысиного короля. Достать и превратить его в месиво.

— Не нравится? – от долгого молчания голос прозвучал глухо.

Вздохнув, я заставила себя подняться с постели. Подошла к окну и раскрыла его настежь, впуская в комнату свежий воздух. Ворвавшиеся вместе с ним запахи и звуки окружили меня, заполнили собой всё вокруг.

Сделав глубокий вдох, я посмотрела на кошку.