Затерянная между мирами. Дилогия

Так же невесомо прошлась пальцами по ключицам и, совсем расхрабрившись, начала спускаться ниже… Как вдруг почувствовала на себе его внимательный взгляд. Застигнутая врасплох, я тут же стушевалась и хотела было одернуть руку, но Илья не дал мне этого сделать, накрыв ее своей.

— Не останавливайся, — с усмешкой протянул он. — Я только начал наслаждаться моментом…

— И давно ты не спишь? — я закусила губу, пытаясь не рассмеяться.

Он переместил мою ладонь к впадине между ключицами:

— Боже… — я, сгорая от стыда, уткнулась лицом в подушку.

Илья тихо засмеялся, а потом поднес мою руку к губам и поцеловал в запястье.

— И часто ты за мной наблюдаешь, пока я сплю? — спросил он, тоже поворачиваясь набок, так что наши лица оказались совсем близко.

— Не чаще, чем это делаешь ты, когда думаешь, что сплю я, — отозвалась тихо.

— Значит, шпион из меня тоже никудышный, — весело заключил Илья.

Потом его взгляд красноречиво остановился на моих губах, и у меня все внутри сладко заныло в предвкушении долгожданного поцелуя. Я уже было потянулась ему навстречу, как вдруг с соседней кровати донесся скрип и кряхтение Карла Генриховича. А мы ведь чуть не забыли, что в комнате не одни!

— Вот черт! — со смехом прошептал Илья мне прямо в губы. — Придется нам подождать более походящего момента…

Хоть и с сожалением, но должна была с этим согласиться, поскольку сама не могла ручаться, что у нас получится ограничиться беглым поцелуем. А оказаться застуканными Карлом Генриховичем было бы ужасно стыдно.

— Раз нам больше ничего нельзя делать, предлагаю еще немного поспать, — Илья все-таки быстро поцеловал меня, легонько укусив за нижнюю губу, после чего натянул на нас обоих одеяло и уже привычно обнял меня за талию, притянув к себе поближе.

Немного поспать? В его объятиях это будет не так уж просто, но попробовать стоит… Тем более, впереди ожидается долгий и, скорее всего, насыщенный день.

На праздник я вновь была вынуждена надеть свой «маковый» сарафан. Во-первых, ничего более приличного и соответствующего случаю у меня не нашлось, а, во-вторых, его опять принялась расхваливать миссис Флинн, утверждая, что я в нем просто красавица, и мне пришлось сдаться. Прическу сделала высокую, заколов волосы на макушке и украсив их красной лентой, что дала мне та же Магдалена.

У Ильи с Карлом Генриховичем выбор одежды был еще скуднее, чем у меня, поэтому единственной нарядной деталью в их облике стали белые рубашки, перешедшие им по наследству от покойного мужа миссис Флинн.