Суженая мага огня

Я испытала колючую неловкость от вида счастливой пары. Стало так стыдно, что щёки разгорелись. Я отвергала этого замечательного воина ради паладина, но в итоге стояла на морозе в совершенном одиночестве. Если Расс сейчас хоть тонким намёком укорит меня в этом, я разрыдаюсь…

— Доброе утро, принцесса Беатрис! — поклонился Расс.

— Доброе утро, светлая леди! — поклонилась вслед Бриджит.

— Доброе… — проглотила ком в горле. — Как это у вас вышло?…

Меня распирало любопытство, но стыд душил, и слова застряли в глотке.

— Ну, как? Как только мы вернулись с болот, — заулыбался Расс, — и вошли в ворота святилища, Бриджит сразу бросилась мне на шею с криком: “Живой! Я так молилась за тебя, Расс!”. Поцеловала меня! Ну, и что мне оставалось? Я предложил жениться. Хах.

Бриджит покраснела и смущённо отвела взгляд. Рыцарь поглядел на неё и крепче сжал за руку.

— Надеюсь, ты не против, принцесса. Ведь, говорят, ты собралась дать монашеский обет…

— Я не против, Расс, — произнесла я. — Ты очень добрый рыцарь. И я желаю вам счастья. От всего сердца.

— Спасибо, леди Беатрис! — произнесла Бриджит. — Я всегда молилась за вас…

— Спасибо. Ты хорошая девушка, Бриджит. Расс, береги её!

Счастливая пара поклонилась и двинулась дальше, а я глядела им вслед, тоскуя по Генриху, как бездомный щенок…

Ища утешения, я подняла голову к белому, как молоко, небу, из которого медленно падали хлопья.

Генри… Я так скучаю по тебе. Я приеду к тебе в Ревош! Сама приеду! Пусть и принцессе-монахине претит искать встречи с рыцарем, и я не оберусь позора, если кто-то узнает о внебрачной беременности… Но я верю, ты примешь меня и защитишь.

63 Рик лыцарь

У крыльца столпилось много провожающих, и ко мне из толпы выбежал малыш Рик.

— Нельзя! — окликнула сына Грета. — Сказала стой!

Мальчик застыл на снегу и потупился, мать догнала и схватила за воротник, шипя в ухо:

— Она же принцесса! А ты… ты…

Рик поднял на меня обиженный взгляд, но я уже раскинула руки ему навстречу. Мальчик засиял в улыбке, вырвался от матери и бросился в объятия.

— Ты уезжаешь, Тлиса? — пролепетал он, часто моргая пушистыми ресницами.

— Уезжаю, маленький.

Я прижала Рика и погладила по его тонкому шерстяному пальтишку. Маленькое тельце всхлипывало под моими пальцами, и сердце моё сжималось от нежности.

Давно мне нужно было решиться на ребёнка! Во мне столько любви!

— Хоть сопли не вытирай о принцессу, — буркнула Грета.

— Ничего, всё нормально, — улыбнулась я, сдерживая слёзы.