Грешник (ЛП)

Вернулся домой после их последнего сеанса и выстрелил себе в голову на их кровати, где он отдал ее как подношение секте. Он не мог жить после того, что он с ней сделал. Ему было так противно, что в тогда он не понимал, что то, что ему нравилось, было неправильно. Пока он не понял, что предал свою жену. Двадцатипятилетний брак пошел насмарку из-за какого-то извращения.

Три часа я сидела и слушала, как она плачет, и чувствовала себя виноватой. Ее муж предал ее, но она чувствовала себя ответственной за его смерть.

Миссис Тейлор забеременела. Она узнала об этом утром, и это было причиной ее экстренного сеанса. В течение десяти лет они пытались завести ребенка. Они хотели иметь детей в более позднем возрасте. Они оба были сосредоточены на карьере, и когда решились, было уже слишком поздно. По крайней мере, они так думали, и он вообще перестал с ней спать.

Я никогда не забуду слова, которые миссис Тейлор сказала моей матери, когда я заглянула в приоткрытую дверь и увидел ее плачущей на диване. «Он дал мне то, чего я всегда хотела.

Я беременна, а его больше нет. Из-за меня. Потому что я не смогла полюбить его таким, какой он есть». Миссис Тейлор сказала, что ей все равно, кто из изнасиловавших ее мужчин является отцом. Она оставит ребенка и будет воспитывать его так, чтобы он знал своего покойного мужа как отца.

Она рыдала. Моя мать рыдала по своим личным причинам. Это было травматично для них обеих. А я?

Слушая сеансы Тейлоров, я поняла две вещи. Во-первых, любовь — это полное дерьмо.

Кто, блядь, позволяет своим друзьям или кому-то еще насиловать свою жену? Не говоря уже о том, чтобы записать это на видео и ожидать, что она отнесется к этому нормально?

Во-вторых, я поняла, что если твое тело чего-то жаждет, это не значит, что ты должен давать ему то, что оно хочет. Поэтому я задвинула на задворки сознания все, о чем просило мое тело. Но это продолжалось недолго.

Еще в ранней юности я поняла, что не похожа на других женщин. Когда мне было восемнадцать, Син загнал меня в угол на вечеринке и сказал, что я красотка.

Я знала, что он лжет. Это был способ поиздеваться надо мной. Черт, наверное, он поспорил с другом или что-то в этом роде. Но потом Син сказал мне, что мои глаза настолько красивы, что он хочет вырезать их и положить в банку в своей комнате, чтобы смотреть на них каждый день.

Эти слова сделали меня мокрой. Это также заставило меня осознать, что я более ебанутая, чем любой пациент, которого когда-либо видела моя мать.