Грешник (ЛП)

"

"«Ты всегда смешишь меня, Син. Я вернусь в воскресенье. У тебя ведь была церемония клятвы? Теперь мы можем вернуться к тому, что было…»

Я прекращаю читать и убираю мобильник в карман. Сэнди уехала со своим третьим мужем праздновать десятую годовщину их свадьбы. Называйте меня как хотите, но у меня нет обязательств перед ее мужем. Не моя вина, что она не может хранить верность. Мне также известно, что я не единственный. Сэнди трахалась с Джейсом однажды ночью перед нашим первым посвящением в хижине его родителей. Она была более чем готова позволить нам вдоволь оторваться, прежде чем мы дадим обет безбрачия.

Я беру со стойки блокнот, но тут вижу, что на кухню входит мой отец.

— Истон?

— Да? — спрашиваю я, встретившись с ним взглядом.

В одной руке у него портфель, в другой — мобильный телефон.

— Как продвигается твое задание?

Я крепко сжимаю блокнот.

— Хорошо, — отвечаю я.

— Сможешь его выполнить? — спрашивает он, и в его тоне сквозит беспокойство.

Теперь я официально Лорд, а это значит, что если я не буду делать то, что мне приказали, то от меня не будет никакой пользы.

Я фыркаю.

— Без сомнения.

— Могу я поговорить с тобой в моем кабинете? — спрашивает отец.

Я издаю стон. Не в настроении, точно зная, о чем он хочет поговорить. Моя избранная, моя Леди, мое будущее. У меня сейчас нет времени. К тому же, не имеет значения, чего он хочет для моего будущего. Это не то, чего хочу я. И я не собираюсь никому позволять диктовать это.

— Мне нужно сделать несколько важных телефонных звонков, — вру я и выхожу из кухни, избегая его и направляясь в свою комнату.

Мне нужно провести кое-какие исследования. Мой маленький демон только что дала мне ключ ко всему, что мне нужно, чтобы сделать ее своей.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ЭЛЛИНГТОН

Всю свою жизнь я была связана с сексом. Моя мать — секс-терапевт. Мой отец оборудовал ей кабинет на четвертом этаже, чтобы она могла работать дома. Он даже установил лифт, который обходил другие этажи, чтобы ее клиенты могли иметь прямой доступ к ее офису.

Мне было девять лет, когда я начала подслушивать. К десяти годам я знала о сексе больше, чем большинство взрослых. Однажды, когда мне было двенадцать, я пробралась наверх и подслушивала, как обычно.

Я медленно иду по коридору, ступая как можно тише, чтобы не выдать себя.

Если так, то у меня будут неприятности. Мама всегда говорит мне: «Это разговоры взрослых, Элли. И было бы неэтично с моей стороны, если бы ты их подслушала».