Вся правда, вся ложь

Два километра по проселочной дороге, и впереди появилась шаткая изгородь с воротами. Выглядели они на редкость своеобразно. Одна створка кое-как держалась на ржавых петлях, вторая отсутствовала, вместо нее был шлагбаум, прикрученный проволокой к остаткам ворот. Ни фонарей, ни иных признаков жизни. Правда, впереди за шлагбаумом виден след от машины, которая недавно здесь проезжала."

"Берсеньев вышел, и я, подумав, тоже. Температура упала, и в первую минуту мне показалось, что на улице ужасно холодно, но впечатление это скорее обманчиво… Свет фар освещал узкую дорогу и два ряда домиков по ее краям. Слева темнело единственное двухэтажное сооружение, больше похожее на большую собачью будку.

— Прогуляемся? — предложил Берсеньев.

Он ловко перемахнул через шлагбаум и помог перелезть мне, приняв в объятия, вернул на грешную землю и с усмешкой сказал:

— Шарф намотай на голову, простудишься.

— Кончай строить из себя доброго братца, — разозлилась я.

— У меня к тебе скорее отцовские чувства.

— Папа у меня есть, и тоже учит жизни. С его точки зрения, я так и не вышла из детского возраста.

— Как я его понимаю…

Зима в этом году задержалась, снег то выпадет, то растает, но здесь его было больше, чем в городе, не сугробы, конечно, но ноги по щиколотку утопали.

— Скажи-ка мне, милая, ты на своей любви крест поставила или ждешь, когда твой Стас сам объявится?

— Он не объявится.

— Да ладно. Куда ему деться… Почему бы не облегчить жизнь себе и парню и не наведаться в Питер?

— А почему бы тебе не наведаться к своей большой любви?

— Меня там никто не ждет.

— Меня тоже. И отвали. Мои проблемы — не твоя забота.

Я подхватила горсть снега, примяла его как следует и швырнула в Берсеньева, угодив в спину. Он в долгу не остался, и вскоре я с легким визгом бросилась бежать под градом снежков. Споткнулась и упала на коленки, Берсеньев подскочил и стал забрасывать меня снегом, я пнула наугад ногой, и он рухнул рядом, весело хохоча. Мы лежали на дороге и таращились в небо, звезды, точно лампочки, висели над головой и казались очень близкими.

— Эй, — позвала я. — Почему вы расстались?

Я была уверена, он пошлет меня, но Берсеньев, помолчав немного, ответил:

— Когда мужчину и женщину что-то связывает, №и должны быть вместе. В этом весь смысл. Даже не оборачиваясь, ты знаешь, тот, кого любишь, здесь, а твоей спиной.

— И что?

— Она обернулась, а меня там не оказалось. — Берсеньев со смешком поднялся и помог встать мне.