Пробужденный любовник

Бицепсы увеличились в три раза, а предплечья выросли настолько, что соответствовали размерам его ладоней. А его живот… он представлял собой рифленые кубики мышц, кожаные штаны прилегали к мощным бедрам.

— Ты и питался тоже, — прошептала она. Но в тоже мгновение пожалела, что произнесла эти слова. И нотку порицания в них.

Чью вену он брал, не имело к ней никакого отношения, хотя представлять его с одной из их вида была очень больно… А он точно пил кровь у вампирши. Человеческая кровь просто не могла стать причиной такого развития.

Его рука снова опустилась.

— У Рейджа есть Избранная, которую он использует, потому что не может питаться от Мэри. Я брал ее вену. — Он замолчал. — Ты хорошо выглядишь.

— Спасибо.

Снова длинная пауза.

— Эмм… Бэлла, почему ты пришла? Не то, чтобы я возражал…

— Мне нужно поговорить с тобой.

Казалось, он не знал, что на это ответить.

— Так что ты делаешь? — Спросила она, указав на листы бумаги, лежавшие на столе. Это тоже не имело к ней ни малейшего отношения, но она опять начала тянуть время.

— Я учусь читать.

Ее глаза распахнулись.

— О… Уау. Ну и как успехи?

— Хорошо. Медленно. Но я работаю над этим. — Он перевел взгляд на бумагу. — Мэри терпелива со мной.

Тишина. Долгая тишина. Боже, теперь, стоя напротив него, она просто не могла подобрать нужных слов.

— Я был в Чарльстоне, — сказал он.

— Что?

Он приезжал, чтобы встретиться с ней?

— Потребовалось немало времени, чтобы найти тебя. Но я нашел. Я отправился туда в первую же ночь после того, как меня выписал Хэйверс.

— Я не знала.

— Я и не хотел, чтобы ты знала.

— О. — Она глубоко вздохнула, чувствую боль, проникавшую в каждую клеточку ее тела. «Время прыгать с обрыва», — подумала она.

— Послушай, Зейдист, я пришла, чтобы сказать…

— Я не хотел видеться с тобой, пока не закончу.

Когда его желтые глаза возвратились к ней, что-то в воздухе между ними изменилось.

— С чем? — Прошептала она.

Он снова посмотрел вниз — на карандаш, который сжимал в руке.

— С собой.

Она покачала головой.

— Прости. Я не понимаю…

— Я хотел отдать тебе это. — Он вытащил из кармана ее ожерелье. — Я хотел отдать тебе это той ночью, но потом подумал… Ну, в общем, я носил его до тех, пока мог застегнуть. Теперь оно просто у меня в кармане.

Дыхание Бэллы покинула легкие с последним выдохом, теперь они были пусты. Тем временем он потер затылок, бицепс, грудь, ставшую такой широкой, что швы футболки, казалось, находились под постоянной угрозой.