Курсант. На Берлин

Должен… Он обязательно должен прийти…

К тому же, народу в зале прибавилось. Помимо мужчин, само собой, тут были и девушки.

Пианино надрывалось, гости смеялись, никому ни до кого не было дела. Идеальные условия. Так какого черта Клячин не торопится объявиться?

Я промаялся еще два часа, а потом понял, дядя Коля не придет.

— Ни черта не понимаю… — Высказался себе под нос и в сердцах отодвинул бокал в сторону.

— Алексей, ну давай выпьем!

Куусари моментально вскочил на ноги, расценив мой жест, как приглашение продолжить веселье.

Удивительная крепость духа и тела. Чисто теоретически он уже должен свалиться под стол.

При этом Осмо слишком резко махнул своим стаканом и его содержимое выплеснулось через край. Прямо на голову одному из товарищей полковника в отставке. Товарищ даже не дёрнулся. Он мирно сопел, упав лицом в тарелку. И это, между прочим, не в переносном смысле.

Я вообще за время, проведённое в заведении, понял, салон мадам Жульет выполняет функции борделя в последнюю очередь. Для начала он является той самой отдушиной для финских мужчин, где они могут быть самими собой.

По большому счёту, господа приходят сюда не только и не столько ради интимных удовольствий. Они в гостях у мадам Жульет просто-напросто отрываются по полной в рамках своих понятий. И судя по тому, что почти все гости в зале были в стельку, прибухнуть любит не один Осмо. Видимо, для финнов это самый лучший релакс.

Дома они не могут позволить себе подобного поведения. Дома они все — добропорядочные граждане и примерные семьянины.

Единственное, конечно, что могу признать, пьяные финны — это совсем не то, что пьяные русские.

Во-первых, они достаточно быстро и конкретно пьянеют. Во-вторых, ведут себя тихо, спокойно, не доставляя никому проблем. Пожалуй, прошлый раз, когда Куусари устроил мордобой, стал исключением из правил. Да и потом, думаю, там вообще дело было не в алкоголе, а конкретно в его ненависти к Эско Риекки.

В итоге, когда времени прошло слишком много и ничего путного я не добился, кроме некоторого количества вина, выпитого с большой неохотой, стало понятно, пора валить.

— Алексей, ты куда? — Моментально среагировал Осмо, как только я поднялся из-за стола и напялил шляпу, лежавшую на специальной подставке.

— Пойду отдыхать. Вечер был прекрасным, но если задержусь, утро будет не очень хорошим.

Я пьяно улыбнулся полковнику в отставке и, покачнувшись, оперся рукой о спинку стула.

Вообще, конечно, на самом деле я был совершенно трезв.